Четверо: Из Небытия

— Хватай мою руку!

— Я не… не могу!

Запах крови, серы и пепла забивал ноздри. Жар дышал в лицо, пот стекал ручьями и никакие заклинания и чары не спасали. Чужая рука в перчатке не могла схватиться за его руку.

— Вонзай!

Острая боль в центре ладони затуманила разум.

Ощущение свежей прохлады и запаха сена отрезвило разум. Это всё был сон. Повторявшийся изо дня в день, из года в год, сон. Призрак ли прошлого, что таился на задворках сознания? Или нехорошее предчувствие будущего? Может и просто — помутнение рассудка?

Мужчина, лежавший в стоге сена, открыл глаза. Он выглядел несколько измученным, черты лица немного обострились. Волосы его были белые, как снег, и отнюдь не от седины. Пусть и прожил он уже больше полувека, его век не короток, как человеческий. И его природу выдавали глаза. Голубые, они манили своей красотой, но в то же время отпугивали своей странностью, которую никто не мог понять. А люди, видевшие его в сумерках рассказывали о светящихся как у кошек глазах.

Многим он был известен как Гуль из-под Храма. Его боялись и ненавидели, крестьяне отпугивали его факелами и вилами, глупо надеясь, что Гуль и есть гуль. Стража гнала его из городов, только завидев на горизонте. Лишь жрецы в Храмах Двенадцати были милосердны ко всем, не гнали его и пятнадцать лет назад приютили, излечили и научили замаливать свои грехи. Прибыл он сюда, в этот мир, прямо из Тьмы. И был проклят Двенадцатью за свои грехи, которые замаливал в течение тринадцати лет.

Его имя знали лишь жрецы, ибо спрашивали всегда об этом. Остальным было плевать. Остальным было достаточно Гуля из-под Храма. Но Райдо — его настоящее имя.

Райдо потёр лицо руками и сел. Сено запуталось в волосах, неприятно кололо кожу через рубаху. Кое-как приведя себя в порядок, мужчина натянул куяк, лежавший в стороне, закрепил хитро изготовленные ножны на спине. Лишь потом он огляделся, пытаясь найти ориентиры.

Остановился он вчера в чистом поле, где стояли стога сена. Но наличие их здесь указывало на то, что поблизости точно была как минимум деревня, как максимум — город. Он уже вторую неделю не заходил в поселения и примерно столько же не ел. Природа вампира требовала крови, но он не помнил, когда последний раз её пил. Ещё во Тьме, когда это не казалось чем-то отвратительным. Здесь же он питался как человек, но его сущность позволяла длительно голодать, по несколько недель, прежде чем сильный голод даст о себе знать. И тогда захочется не столько еды, сколько свежей крови и плоти. Нужно было поторопиться.

Райдо прошёл не так много, когда наконец увидел за узкой полосой леса город. Он прибавил шагу, хотя прекрасно знал, что стремится к неизменным тычкам от стражи, которая его, однако, боялась. Боялась не столько того, что он мог сделать, а его внешности, не характерной для материка Тольевы, но для Астеллы — вполне подходящей. Даже только высокий, в сажень, рост внушал страх. Внешность же была весьма экзотической и подходила как северянам, так и астелльцам.

У городских ворот толпились люди, повозки и стража, пропускавшая всех по очереди. Но увидев Гуля из-под Храма они проигнорировали Райдо, и тот вошёл в город беспрепятственно, что, конечно же, вызвало недовольство остальных. На прошмыгнувшего следом за Райдо неизвестного уже не обратили внимания.

Город встречал их размеренной и тихой жизнью. Здесь, у городских стен — эта жизнь была бедной, серой и скучной. Сновали по улицам немногочисленные горожане, какой-то чумазый парнишка замер у обочины, глядя на пришлых удивлённо. Райдо чувствовал, что за ним кто-то шёл, но оборачиваться назад не было желания. Да и от некоего не веяло опасностью. На парнишку прикрикнул толстый мужик в кожаном фартуке поверх измаранных рубахи и штанов — местный кузнец, заставив уже лодыря тащить к нему вёдра с водой.

Райдо глазами пытался найти трактир, куда его точно пустят. Люди сторонились его словно прокажённого, прятали глаза, а стража недвусмысленно клала руку на оружие. Мужчина же старался не подавать виду, что давалось ему легко. Ближайший трактир как раз оказался подходящим. Никто не преградил путь и не попытался прогнать его.

Райдо вошёл в полутёмное помещение, пропахшее кислым пивом, по́том и пригоревшим мясом. За столиками сидели мужики разной степени паршивости, в засаленных одеждах, с лоснящимися от пота волосами и кривыми рожами. Кроме них тут крутилась ещё парочка женщин в вызывающего вида одеждах, но по самому их виду можно было сказать, что сюда они подались уже от безвыходности. За чашечной стоял рослый мужик бандитской внешности, смеривший Райдо таким взглядом, что тому даже на мгновение стало не по себе. Однако драться тот не собирался и вампир, пододвинув ногой табурет к чашечной, сел.