Честь клинка ночи (ЛП)

Райан Кирк

Честь клинка ночи

(Клинки павших — 2)

Перевод: Kuromiya Ren

Глава 1

Меч Коджи опустился, песня была четкой в холодном утреннем воздухе. Взмах был близким к идеалу, мелодия стали не выражала нерешительность, мучающую его.

Что значило быть благородным в мире, который, казалось, так мало заботился о чести?

Простой вопрос, но с ним Коджи боролся от восхода до заката.

Его лезвие полетело в сторону, он выполнил крутой поворот на четверть, его воображение создавало врагов и их атаки.

Те, кто был знаком с Коджи, часто сначала полагал, что его мысли приходили медленно. Он слышал шепот, видел сочувствие в их глазах, даже если никто не осмеливался выразить чувства ему в лицо.

Он был тяжеловесным мыслителем — это было правдой, — но не глупцом. Он работал над проблемами, шаг за шагом, проверяя, чтобы каждый шаг был идеальным, прежде чем двигаться дальше, точно так же, как каменщики следили за тем, чтобы каждый камень идеально подходил к соседям, прежде чем строить выше. Его господин, Минори, был совершенно противоположным, его разум прыгал вперед и устанавливал связи намного раньше других.

Коджи не торопился, решая проблемы. Как только люди узнавали его достаточно хорошо, они видели процесс своими глазами и давали ему необходимое время.

Однако с мечом в руке он был другим человеком. Он понимал, как нужно сражаться. Он был наделен чувством, мог ощущать приближающийся удар за мгновение до того, как он произойдет, но его навыки были глубже, чем это, интуиция к бою, которую не разделяли даже другие клинки ночи. Коджи не проигрывал в дуэлях много лет.

Иногда он пытался прояснить мышление, тренируясь с мечом. Он брал проблему, вроде проблемы чести в бесчестном мире, и держал ее в уме, когда начал тренироваться. Иногда метод срабатывал, и когда его утренняя рутина была завершена, у него в голове был ответ. В других случаях метод не работал, но Коджи научился терпению, необходимому навыку для человека, который часто считался медленным.

Коджи разбил лагерь в небольшой рощице в нескольких лигах от убежищ, которые были созданы для жителей, спасающихся бегством из Убежища. Хотя было рано, деревья уже меняли цвет, и тонкий слой снега покрыл участки травы. Хотя ему хотелось подойти к убежищам, мудрость подсказывала, что стоило оставаться самому по себе. Обвиненные в сожжении Убежища и покушении на убийство короля Шина, и воины-клинки ночи, и целители-клинки дня страдали бродячих групп граждан и солдат.

Поэтому он практиковался на поляне в роще, в значительной степени скрытой от остального мира, пытаясь решить проблемы, с которыми столкнулся.

Больше всего он был сосредоточен на проблеме своего господина, Минори.

Был ли Минори все еще его господином?

Этот вопрос был первым, на что нужно было ответить Коджи, и пока его клинок рассекал утренний воздух, его разум работал над решением.

Минори предлагал освободить Коджи от его службы, но Коджи так и не дал официального ответа. Вместо этого он продолжил служить Минори, сжег королевский дворец и убил лорда Джуро.

Направив меч вверх, Коджи понял, что задал неправильный вопрос. Не имело значения, был ли Минори его хозяином. Что имело значение, так это то, что Коджи был обязан старшему клинку жизнью. Коджи должны были казнить, когда Минори вырвал его из тюрьмы. Господин или нет, Коджи не верил, что он выплатил долг.

Один кусочек встал на место. Его тело стало согреваться от тренировки, дыхание было заметным в свете солнца.

Коджи был в одежде простолюдина, когда смотрел на суд Минори. Старый клинок ночи был сильно ранен, едва ходил без помощи, и против него выдвинули список обвинений: поджег замка, пожар в Убежище, покушение на короля Шина. Пожалуй, самым серьезным было обвинение в организации переворота с целью свержения законного правительства Королевства и замены его правительством, возглавляемым клинками.

Суд проводился на открытом воздухе в большой впадине, земля провалилась, будто дно пропало, менее чем в лиге от руин Убежища. Природный амфитеатр вместил тысячи людей, что идеально соответствовало планам короля Шина. Многие из лишенных статуса и бездомных пришли на суд и проявили свой гнев.

С точки зрения Коджи, суд представлял собой завораживающую смесь правды и лжи. Как ближайший помощник Минори, Коджи, возможно, лучше других, знал, что на самом деле произошло. Некоторые обвинения были правдой. Минори сжег дворец, но по приказу Шина. Эта деталь не имела значения, и Коджи часто задавался вопросом, почему Минори не протестовал более решительно против лжи, сказанной о нем.

Коджи не был уверен в сожжении Убежища. Когда это произошло, он находился за пределами города, но действия не походили на Минори. Коджи не сомневался, что его хозяин пытался убить короля. Минори служил Шину, когда политик был еще лордом, но была предан, когда лорд стал королем. Месть была разумным ответом.