Чёрный принц

– Приехали, госпожа. Просыпайтесь.

Сидя на заднем сиденье своего Bently, Настя и не заметила, как заснула.

«Госпожа», – с раздражением повторила она про себя.

Настя не любила такого обращения, но приёмный отец, приказал прислуге именовать так себя и своих детей. Он даже в договорах прописал штрафы за несоблюдение этого пункта.

А расторопный водитель уже открыл дверцу автомобиля. Настя подняла воротник бежевого плаща и вышла из машины. Обходя редкие лужи от растаявшего снега, она направилась к дому.

Кое-где ещё лежали почерневшие невысокие сугробы, но весна уже безоговорочно вступила в свои права, и заходящее солнце ласково пригревало Насте затылок. По огромной резиденции своего приёмного отца, она шла походкой хозяйки.

Из-за лиственниц появились Кузя и Мурка, альпаки, которых приёмный отец подарил ей, когда она была ещё школьницей. Смешно подпрыгивая они подбежали ближе, и Мурка мягкими губами попыталась схватить Настю за пальцы, надеясь на угощение. Они проводили её до дверей виллы. Двадцать комнат, отделанных махагоном, марморином, шёлком и кашемиром.

– Здравствуйте, госпожа! – поприветствовала Настю служанка. – Ужинать будите?

– Нет.

– Как же это? Поешьте хоть немного, а то, вон, какая худая стали с диссертацией этой своей докторской.

– Кандидатской, – сдержанно поправила служанку Настя.

Со второго этажа дома послышался шум и крик приёмного отца.

– Из-за чего сыр-бор? – поинтересовалась Настя.

– А, это господин на Павла ругается. Вы бы сходили к нему, вы на него хорошо влияете, – ответила та.

Не снимая туфель и плаща, Настя поднялась в Пашкину спальню. Серые стены, чёрные шторы, простая, но дорогая мебель. Обстановка напоминала ей грот, в котором жил капитан Немо в старом Советском фильме. В центре комнаты стоял Настин приёмный отец, Александр. Широко расставив ноги и тряся кулаками, он вопрошал:

– Я для чего тебя из Лондона привёз? Бухать тут? Ты уже месяц ни черта не делаешь, а только шляешься по кабакам. Мне стыдно перед людьми. Спрашивают: как ваш сын? А мне ответить нечего. Один позор только!

– А для чего ты меня привёз? Я назад не просился, мне и там хорошо было, – устало ответил Пашка. Он лежал на кровати, обхватив болевшую, после ночной тусовки, голову.

– Да, хорошо тебе было, паразит, деньги мои там просаживать. Тебе уже тридцать четыре года, а ты ничего в жизни не добился. Да я в твои годы уже.… А, – махнул рукой Александр. – С кем я разговариваю? Ну, ты же программист, ты получил отличное образование.

– Ой, пап, зачем мне работать? Мне и твоих денег хватает, – эгоистично и всё также устало парировал Пашка.

– Стервец! Ты что, не понимаешь, как нужен мне? Выборы скоро стартуют! Я в мэры иду, а не могу понадеяться даже на собственного сына.

Настя повернула голову и увидела в углу комнаты, сидящим в кресле, соратника Александра, Валерика. Вообще-то, Настя больше бы удивилась, если б его сейчас в комнате не было. Сколько лет она знала Александра, столько, как тень, рядом с ним неотступно находился Валерик. Невысокий, молчаливый, с быстрым взглядом, недоверчиво прищуренным даже в улыбке.

«Пёс», - глядя на него, сказала про себя Настя.

Да, Валерик был пёс, но пёс верный.

– Пап Саш, – остановила Настя словесный поток приёмного отца в адрес Пашки. – Оставь его.

– Да, да, – согласился Александр. – Поздно воспитывать человека на четвёртом десятке лет.

– А ты меня никогда и не воспитывал, – отозвался Пашка.

– Ах, ты…! – занёс Александр над сыном мощный кулак. – Ладно. Давай, продолжай просирать свою жизнь и закончишь также как твоя мать, в лечебнице для наркоманов. Зато в Лондоне и за мои деньги.

И обратившись к Валерику, Александр спросил:

– Вот как с ним завтра снимать репортаж? Опозорит, да и всё, – и, повернув голову к сыну, добавил: – А репортаж для вечернего выпуска новостей, между прочим.

Поймав взгляд Александра, Валерик отрицательно покачал головой, после чего, едва заметно, кивнул в сторону Насти. Тут же, Александр перевёл взгляд на приёмную дочь и радостно воскликнул:

– Доченька! Выручай старика, радость моя, надежда моя, умница моя.

– Я? – растерялась Настя. – Но завтра у меня защита кандидатской.

– Вот и отлично! Это то, что нужно.

Настя чувствовала себя скованно в диссертационном зале Российской академии наук. На защиту её кандидатской диссертации, помимо экзаменационной комиссии и сокурсников пришёл и Александр со своей свитой, и телевизионщики. Присутствие посторонних людей смущало Настю, но оправив свой идеально отглаженный сиреневый костюм, она взяла слово.

Совладав с волнением, Настя блестяще защитила научную работу, заметив, как за время выступления, Александр успел дать несколько интервью.