Черничное мороженое

По длинному коридору Главной Канцелярии стремительно шел ангел. Его белые одежды взметались при каждом шаге, красиво переливаясь в свете матовых плавающих светил, что освещали коридоры ярким, но не слепящим светом. Ангелу нравился этот свет, с некоторых пор он совершенно не выносил ничего, что было бы связано с пламенем, а в остальном он ничем не выделялся из сонма таких же снующих вокруг ангелов, разве что цветом кожи, смуглым, словно отлитым из бронзы. Бывший Бес  — а это был, конечно же, он  — размашисто шагал, в его душе играл целый оркестр, и весь его вид выдавал ликование. Стажировка проходила весьма успешно, и не за горами уже был тот момент, когда его окончательно утвердят в чине.

Он сегодня везде успел, все его подопечные в данный момент крепко спали и смотрели сны, которые он лично отобрал для каждого малыша, поставил на таймер и собственноручно навеял над детскими головками, поскольку все его подопечные были совсем крохотными. Бес любил их и берег со всем усердием, но сейчас можно было ненадолго их оставить и передохнуть в той самой беседке под невозможно пахнущими кустами на краю сада, наблюдая, как огромное солнце медленно опускается за тонкую нить, разъединяющую небо и землю. Осталось дождаться друга и напарника, Ангела, который заскочил сдать текущие дела, и можно выдвигаться…

 — Помогите мне!  — тонкие пальцы вцепились в рукав и с силой потянули вниз. Бес растерянно обернулся. Неясное бестелесое пятно тянулось и хватало за складки вполне оформившимися руками.

Бес вгляделся. Пятно постепенно приобретало очертания женской фигуры, но тут же снова сбивалось в комок и растекалось по воздуху.

«Еще одна неприкаянная душа. Только на прошлой неделе всех отловили, распределили по обителям, и снова появляются, прямо напасть какая-то…» Бес с надеждой огляделся по сторонам, может, есть кто, на кого можно было бы сбагрить прибившуюся неприкаянную, уж очень не хотелось пропустить закат, они так красивы в это время года...

 — Гражданочка, не волнуйтесь, пролетите в соседний чертог, спросите там, вас обязательно пристроят!

Вдруг через бестелесную оболочку на него глянули вполне живые глаза, и Бес вздрогнул:

 — Погодите, вы… Вы живая?

Душа заморгала, и из ее глаз одна за другой выкатились две слезинки, тут же разлетевшись искорками.

«Молодая совсем»,  —  некстати подумалось Бесу, он вновь беспомощно оглянулся по сторонам и облегченно вздохнул, увидев спешащего к ним Ангела.

 — Давай сюда, скорее,  — махнул он рукой, подхватывая душу, чтобы та не приняла какую-нибудь странную форму,  — у нас форс-мажор!

 — Неприкаянная?  Сейчас вызову дежурного, — Ангел на ходу доставал телефон, но Бес нетерпеливо помотал головой.

 — Перебежчица. Живая. Еле теплится, конечно, но живет.

 — Что?  — округлил глаза Ангел. — Как она сюда попала?

Бес пожал плечами, Ангел немедленно сбросил плащ и бережно укутал душу крыльями. Бес шмыгнул носом и очень постарался, чтобы это не выглядело как зависть. Ему пока крылья были не положены, приходилось бегать, и иногда он так упаривался, что ног под собой не чувствовал.

 — Наверное, в коме где-то лежит,  — предположил Бес. Душа, согревшись в теплых ангельских объятиях, вдруг шевельнулась.

 — Я… Умерла… Авария… Моя дочь, Ева…

 — Нет, милая, вы еще не умерли,  — ласково сказал Ангел,  — вот примем вас, оформим как положено, тогда и умрете по-людски. Потерпите, сейчас все сделаем.

 — Нет,  — взвилась она и чуть не грохнулась вниз, Бес даже руки подставил для подстраховки,  — я не могу! Ева… она одна, надо найти Илью…

 — А что его искать!  — удивился Бес и показал на чертог с изображением огненной колесницы:  — Вон там все пророки.

— Нет, не он,  — прошелестела душа,  — мой Илья, Шевелев. Он не знает… Не знает о дочери, я… Я не сказала…

Ангел и Бес переглянулись.

 — Пойдем,  — сказал Ангел и направился в увитый диковинными цветами чертог, где находились кабинеты архангелов. Бес вздохнул и начал потихоньку смиряться с тем, что сегодняшний закат он уже пропустил, а вполне возможно, придётся пропустить и ночной сон. Смиряться у него пока получалось хуже всего, и оттого он ужасно жалел, что не пошел по другому коридору, более длинному, но гарантированно защищенному от всяких заблудших душ.

 — Говорите, вас машина сбила?  —  громадный Архангел наклонился вперед, и посмотрел на душу грозным взглядом. Та затрепетала, но глаза никуда не исчезли.

«Смелая!»  — уважительно подумал Бес. Он сам сидел молча и предпочитал не вмешиваться.

 — Не сбила, а подрезала. Я не виновата, я ехала на зеленый свет, а тут на перекрестке вывернул Форд и …

 — Ясно, так и запишем, злостное нарушение ПДД,  — взялся за перо Архангел.

 — Ничего я не нарушила!  — взвилась душа.  — Я по главной ехала!

 — Тут написано помеха слева,  — ехидно взглянул на нее Архангел,  — какая ж это главная!

Душа сникла и всхлипнула, а Архангел долго писал что-то на длинном свитке. Закончил писать и строго взглянул на нее поверх очков.

 — Ты вот что, давай трансформируйся помаленьку, а я тебе пропуск выпишу, готовиться будешь.