Человек, у которого болел компрессор

Витольд Зегальский

Человек, у которого болел компрессор

В тот день Гарри проснулся в гнетущем настроении и, как обычно, первым делом подошел к окну. Стояло прекрасное весеннее утро, и солнце, уже высоко поднявшееся над небоскребами, выманило с домашних площадок рои разноцветных геликоптеров, весело кружившихся в безоблачном небе. Внизу, на бульваре, среди зелени прогуливалось множество людей, по эстакадам тянулись шнурки машин, словно бы нехотя исчезавших в темной пасти туннеля.

Эта картина не успокоила Гарри, а, наоборот, еще больше усугубила мрачное настроение, гнездившееся в глубине его артистической души. В этом не было, разумеется, ничего удивительного: чему же тут удивляться, если восприимчивая к прекрасному натура художника тоскует, потому что не может полностью ощутить прелесть дня? И все по такой возмутительно прозаической причине, как отсутствие нескольких еврасов! Это тянется дни, недели, да что там - годы, если учесть, что случайно добытые деньги немедленно исчезают, как фата-моргана, рассеиваются словно туман. Чтобы встать на ноги, прекратить эту вечную погоню за мелочами жизни, надо было написать по меньшей мере одну видеоновеллу с тридцатью процентами новизны либо романовизию двадцатипроцентной новизны. При этом произведение должно отличаться свежестью формы и содержания. Легко сказать "должно", но дьявольски трудно это реализовать. Вспомним: еще древние утверждали, что nihil novi sub sole [ничто не ново под солнцем. (лат.)].

И все-таки... Угрюмая физиономия Гарри вдруг оживилась.

- Эврика! Эврика! - воскликнул он. - Разумеется, nihil novi, если не считать новых конструкций, теорий, машин, аппаратов!

Наука и техника - вот сырье для производства видеоновелл, свежих, как только что выпеченная булка из автомата. Они - основа всяческих перемен. От каменного топора до звездолета! Вот источник, бьющий славой и еврасами! Зачем быть слишком требовательным? Ну, на худой конец, только одними еврасами Сейчас важны прежде всего скорость и оперативность. Давным-давно доказано, что если у одного из пятнадцати миллиардов человек возникает более или менее стоящая идея, то точно такая же идея возникает и у многих других на всех континентах Земли и бог весть где еще. Правда, с творчеством дело обстоит несколько иначе, но разве можно быть уверенным, что в тот же самый момент у другого писателя, скажем в Гренландии, не родилась такая же идея? Эта мысль вызвала прилив пессимизма, но Гарри быстро отделался от сомнений и приступил к энергичным действиям.

Прежде всего - выбрать достаточно притягательную область науки, а потом ознакомиться с современнейшей техникой в этой области. Проблема была простой только на первый взгляд. Гарри нажимал все новые и новые клавиши соответствующих секций мыслительно-творческого конденсатора, именуемого в просторечии Мытвоконом, однако из прибора не так-то легко что-нибудь выжать. Ответы были возмутительно двусмысленными, и из них следовало, что любое направление науки одинаково важно, притягательно, перспективно и открывает много технических возможностей. Мытвокон утверждал, что даже у философии - а это уж было полнейшей ересью - колоссальные возможности! Гарри выключил аппарат и решил действовать сам.

Возьмем старую и в то же время развивающуюся науку - кибернетику, симбиоз современности с традицией. А теперь пошли дальше, - он нажал кнопку автоматического секретаря.

- Слушай, Ас, загляни в персональную картотеку и скажи, работает ли хоть кто-то из моих знакомых на какой-нибудь фабрике, в каком-либо учреждении, лаборатории, связанных с кибернетикой. Только чтобы это было как можно ближе: мне некогда кататься черт знает куда.

Секция автоматического секретаря замигала, и спустя секунду динамик захрипел:

- Аллан Порки, старший конструктор на фабрике математических компьютеров, район 12, бульвар Тангенсов.

- Откуда я его знаю?

- Вы полгода ходили вместе к дошкольному воспитателю.

Выбор не получил одобрения.

- Ты что, рехнулся? На кой ляд мне такое знакомство? Есть там у тебя еще кто-нибудь? Только без фокусов. Это должно быть солидное знакомство, ясно?

- Так точно, - буркнул динамик Аса. - В запасе у нас есть Джеймс Крофт, промышленный директор лабораторий завода кибернетической аппаратуры, сокращение и кодовый знак для переписки ЗАКАПП. Он два года учился с тобой в девятом классе.

Гарри затрясло от возмущения. Либо у автоматического секретаря короткое замыкание, либо просто не срабатывают контакты канального избирателя и требуется энергичное вмешательство хозяина.

- Ну, ты там! - Гарри треснул кулаком по аппарату. - Если мы два года вместе отсидели в одном классе, то откуда Крофту меня помнить?

- Можешь не сомневаться - помнит, - заверил Ас. - В то время у тебя были с ним крупные столкновения, а такое имеет тенденцию закрепляться в центрах памяти.

- Лучше бы он забыл! - недовольно бурчал Гарри, жалея, что, например, не прогуливал вместе с Крофтом уроки. - Есть там еще кто-нибудь?