Часть первая. Падение.

Контрольный выстрел перед макси по ЗВ.

Звездные войны, фанфик.

Мини, джен, закончен.

Люк Скайуокер, Пиетт, НМП, Мара Джейд, мельком Вейдер и император.

Описание:

Его считали джедаем, защитником мира и справедливости, но его первый подвиг - убийство огромного количества людей одним выстрелом торпеды. Его считали светлым - но он был рожден от истинного Повелителя Тьмы. Его называют Магистром Ордена Джедаев - но он носит черные одежды воина-ситха. Его считали добрым... но его больше не интересует чужое мнение. И он совершенно не собирается ему соответствовать. Не стоило покушаться на его семью...

Примечания автора:

Я не могу вспомнить, помер Пиетт или нет в шестой части, так что, у меня он живехонек. Нравится мне этот мужик, это ж какие нервы надо иметь, чтобы с Вейдером работать, и даже успешно! Еще... имя первенца Люка изменено.

Падение - это тот же полет, только не вверх, а вниз.

Люцифер.

Люк стоял перед огромным панорамным окном, на самом верхнем этаже огромного мрачного здания, и смотрел на звезды. Чернота космоса, глубокий бархат ночного неба, в складках которого покоились звезды, колющие его глаза холодными лучами света. Вокруг царила тьма, ласково держащая его в своих объятиях. Тихо... спокойно... словно в глазу бури.

Тьма... нежная, ласковая, тихая... Родная. Она еле слышно напевала ему колыбельные, успокаивая его страхи и отгоняя сомнения. Давно, уже очень давно он перестал опасаться ее нежных рук и стальной хватки... слишком давно. С тех самых пор, как стоял перед погребальным костром, где в жарком пламени сгорало тело его отца.

Именно тогда, при виде призраков Йоды и Бена в нем зародились первые сомнения. Призрака Анакина Скайуокера не было. О, некто светящийся, молодой почему-то и лыбящийся широкой ухмылкой стоял между джедаями, едва не нацепив на себя плакат с надписью "Вернувшийся на Правильную сторону Силы блудный сын Ордена Джедаев" , да вот только была небольшая проблемка - не чувствовал Люк родства с ним. Совершенно. Но было ощущение присутствия кого-то могучего, темного, тихо стоящего на краю поляны в тенях.

Тогда он совершил первый свой умный поступок - промолчал. Он не смотрел в ту сторону, не демонстрировал интерес... ничего не говорил. Только смотрел на огонь, небрежно кивнув призракам джедаев, и чувствовал, как в груди начало ворочаться что-то странное, непонятное.

Зарождающаяся злоба.

Он тогда стоял, закутавшись в черную мантию, отгородившись от мира и слишком добрых и всепрощающих взглядов капюшоном, надежно окутавшись барьером из радости и некоторой толики грусти, густо армированных дюрастиловой уверенностью в правильности своего поступка, скрывая в глубинах души разочарование, подпитываемое сомнениями и яростью.

Темный сгусток молчал, но Люк знал, что для неизвестного, или, вернее, слишком хорошо знакомого гостя его истинное отношение к происходящему фарсу не является тайной, ведь он сам оставил в своих щитах лазейку. Тишина царила на поляне, пронизанная пониманием и одобрением. Он отвернулся от костра и пошел в ночь, спиной чувствуя тяжелый, но не враждебный взгляд.

- Еще не время, сын...

- Не время... Отец.

***

Годы шли, Люк носился по галактике, разбираясь с неожиданно свалившимся на него наследством, пытался наладить отношения с так неожиданно обретенной сестрой, закопавшейся в политику по самую макушку. Теперь Лея стала еще более фанатичной и нетерпимой, чем была, галактика продолжала воевать, ведь Империя развалилась на Осколок и Республику, из ниоткуда, словно грибы после дождя, повылазили одаренные самой различной направленности.

Люк все также пытался нести Свет, но Тьма все сильнее грызла его душу. Были и неудачи с учениками, были и неудачи с личной жизнью. Только пять лет назад он встретил ту, что смотрит на него, не как на непонятное извращение природы, Героя Восстания или источник влияния... Мара Джейд совершенно не испытывала к нему пиетета, высказывала все, что думает, и легко могла попытаться дать ему в глаз, если ее что-то не устраивало.

Сильная женщина, как раз такая, которая может стать рядом, если она сама этого захочет... Что ж, он сделал все, от него зависящее, чтобы у нее появилось такое желание.

Спустя десять лет после уничтожения второй Звезды Смерти он сделал ей предложение, на которое милостиво ответили согласием... что до сих пор приводило его в невероятный восторг. Люк прекрасно понимал, как ему повезло. Мара была форсюзером, обученным форсюзером. С ней не надо было скрывать свои возможности, общение в Силе говорило за них лучше всяких слов, но, самое главное, она дала ему то, что он уже отчаялся получить.

Семью.

Миг, когда он узнал, что у него будет сын, был счастливейшим в его жизни. Когда он взял его на руки впервые - мир перевернулся. Ничто не могло сравниться с этим моментом.