Чародей в ярости

— Там мое место, Делия!

— Нет, Джефри, ты сам знаешь, что не твое! Этот конец полки мой, я тут держу своих кукол!

— Неправда! Я тут несколько недель держал свой замок!

Род в раздражении бросил перо. После трех недель попыток он сумел, наконец, приняться за историю Грамария, а детям понадобилось выбрать именно этот момент для затевания ссоры! Он свирепо посмотрел на страницу... И увидел оставленную пером огромную кляксу. Раздражение вскипело, перейдя в гнев, и он сорвался со стула.

— Делия! Джеф! Надо же найти такой дурацкий повод для ссоры! Гвен, неужели ты не можешь...

— Да, не могу! — раздался голос из кухни. — Иначе у вас не будет на обед ничего кроме уг... О! — Что-то ударило со звоном и лязгом, и жена Рода завопила с досады:

— Магнус! Сколько раз я должна запрещать тебе соваться на кухню, когда я готовлю!

— Ох, уж эти дети! — воскликнул Род, входя в детскую. — И зачем я только завел их?

— Ты не заводил, папа, — выглянул из-за спинки кресла трехлетний Грегори. — Нас завела мама.

— Да, разумеется, а я был всего лишь невинным свидетелем. Джефри! Корделия! Прекратите!

Он вошел в море мусора, состоящее из полуслепленных глиняных скульптур, игрушек и кусков коры, сплетенных с прутьями и соломинками, служивших какой-то непостижимой, вероятно, языческой цели, понятной только детям до тринадцати. Что за кавардак! Так бывало, конечно, каждый день.

— Вы хоть помните, что когда вы утром проснулись, эта комната была чистой, и прибранной?

Пораженные дети подняли головы, а Корделия возразила:

— Но это ж было четыре часа назад, папа.

— Да, вам, должно быть, пришлось упорно потрудиться, чтобы создать подобный кавардак за такой короткий срок!

Род ступил в лужу охровой краски. Нога его подскользнулась, на какую-то долю секунды он завис, размахивая руками, словно крыльями, будто пытаясь взлететь, но затем его спина врезалась в пол. Он с трудом попытался вздохнуть, в то время, как Корделия и Джефри в страхе съежились у стены.

Воздух с шипением вошел Роду в легкие и вырвался обратно с воем ярости:

— Ах вы поросята! Неужели вы не можете убрать за собой!

Дети попятились, широко раскрыв глаза.

Род, покраснев, с трудом поднялся на ноги.

— Бросают на пол мусор, грызутся из-за дурацкого куска полки, да еще дерзят!

— Мы не... Мы...

— Вы опять за свое! — навел обвиняюще указательный палец Род. — Что бы вы ни делали, не возражать мне! Если я говорю, что вы это делали, значит делали! И не пытайтесь оправдываться!

Он высился над ними горой гнева.

— Дерзкое, глупое, ослиное отродье!

Дети прижались друг к другу, глядя большими и испуганными глазами.

Рука Рода взметнулась отвесить подзатыльник.

С треском, как от пистолетного выстрела, перед Корделией и Джефри появился старший брат Магнус, закрывая их вытянутыми в стороны руками.

— Папа! Они же не хотели! Они...