Цена правосудия (СИ)

Внезапная вспышка света закончилась ошеломляющим ударом о пол.

— Встать! — разнёсся под высоким потолком тёмного зала скрипучий голос непонятно откуда.

Их было пара десятков — ошарашенных, ничего не понимающих, с трудом пытающихся подняться на ноги. Обладатель скрипучего голоса не торопил, давая несчастным время прийти в норму — видимо, понимал, что сейчас подгонять бесполезно. Вспыхнул свет, привлекая внимание к узкому балкону-трибуне, торчащему из стены на высоте примерно трёх метров. На балконе виднелась фигура в темном балахоне, мрачно наблюдавшая за копошением людей внизу. Подождав несколько минут. неизвестный в балахоне снова подал голос:

— Призванные из дальних краёв, вы ничего не понимаете и боитесь, и могу сказать, что это не напрасно. Провидение направило вас сюда, чтобы дать второй шанс. Вы — аколиты, испытуемые, которых объединяет лишь невежество. Вы не знаете, кто вы — но вы узнаете, вы не помните своих имён — и они вам не понадобятся. Вы лишь заготовки для будущего величия! Вы будете измерены, вы будете взвешены, и цена ваша станет известна! Приходите в себя, аколиты, испытание начнётся через сто восемьдесят секунд! — с этими словами лампы погасли, и балкон погрузился во тьму.

Секунду ошарашенные люди пытались осознать сказанное… И только потом тишина сменилась стонами, воплями, возмущенным гомоном. Шум, порождаемый одновременно двадцатью говорившими, казался невообразимым… Точнее — девятнадцатью, один из «испытуемых» не присоединился ко всеобщей панике и бедламу: высокий, худой, поджарый черноволосый парень лет двадцати с небольшим смотрел на тонувший во тьме балкон холодным взглядом зелёных глаз. Его сосед, могучий детина непонятного возраста, повернулся к нему и спросил:

— Я смотрю, тебя не пугают угрозы? Подсадной, что ли?

— Не знаю, как и ты, — зеленоглазый отвернулся.

Он явно не хотел вступать в диалог, но здоровяк не собирался оставлять его в покое.

— То есть как — как я, а? — здоровенная лапища легла юноше на плечо, — Думаешь, много знаешь обо мне, олень?

— Я не помню ничего, что было раньше, — ответил зеленоглазый, резким движением плеча сбрасывая руку собеседника — Думаю, как и ты. Но, в отличие от меня, ты решил заняться установлением иерархии, а не важными вопросами.

— Ты о чём? — озадаченно выдал детина.

— Что у тебя на руках написано? — спросил юноша.

Здоровяк фыркнул, посмотрел на свою левую руку и сообщил:

— Ну тут, короче, СЛОН — «смерть легавым от ножа». — он провёл толстым пальцем по странным символам на первых фалангах пальцев. — Не знаю, откуда я это знаю, но знаю.

— А я не знаю, что за легавые, и прочитать знаки не могу. Хотя говорим мы на одном языке. Разве это не странно?

Детина хотел ответить, но понял, что зеленоглазый только что перевёл классический подкат в стиле «чё такой дерзкий? Чё так странно одет?» в конструктивный диалог и перехватил инициативу. Особенно в глазах остальных пленников, начавших уже оборачиваться на них.

Всё ещё можно было вернуть в нужное бывшему бандиту русло, но увы, время вышло — вспыхнули лампы, и неизвестны в балахоне снова оказался на виду — его балкон снова оказался подсвечен.

— Что ж, вы достаточно отдыхали, аколиты! Пришло время выполнить задание!

— В чём задание-то, дядя? — спросил кто-то из первого ряда, и ему поддакнули несколько голосов, — Слушать твой пафос?

Распорядитель дождался, пока стихнет поднявшийся смех, и заявил:

— Через трижды шестьсот секунд воздух из этих залов будет откачан. Он останется лишь в зале, отделанным белым мраморов. К нему ведут несколько путей, которые, начинаются за дверьми— он указал костлявым пальцем себе под ноги, и новые лампы выхватили из тьмы прямоугольник двустворчатой двери, — А через сто восемьдесят секунд этот зал зальёт пламя. Так что задача ваша простая, аколиты: выжить. Время пошло.

С этими его словами лампы снова погасли, а пленники ошарашенно уставились на высокую железную дверь, которая и не думала открываться. Уставились все, кроме одного. Жилистый поджарый парень с холодными зелёными глазами сделал короткий шаг назад, к стене.

***

— Бесполезно! Её не открыть! — двое могучих парней, похожих друг на друга так, что могли сойти за братьев — в основном это выражалось огромным объёмом мышц, прекратили попытки.

Первой мыслью, само собой, была попытка открыть двери вручную, благо, стальные двери были украшены достаточно аляповатыми, но массивными и ухватистыми узорами. Несмотря на всю ухватистость, впрочем, сдвинуть створки хоть на сантиметр не удалось даже когда они взялись вдвоем..

— А что это за крюк? — спросил один из силачей, случайно подняв взгляд.

Крюк был встроен в стену рядом со створкой примерно на той высоте, на которой тяжеловес мог дотянуться в прыжке. Ну он и подпрыгнул, напряг могучие мышцы и повис. Секунду ничего не происходило, а потом крюк подался вниз, и одновременно стальные створки начали раздвигаться. Увы, массы качка не хватило: дверь лишь приоткрылась, так, что в щель можно было разве что ладонь протиснуть.