Целым и невредимым

Если Джейсон Керк все еще был жив и по-прежнему находился на, крошечном острове Синт-Питер, эта радостная новость обещала поднять рейтинг передачи Норы Дэр на недосягаемую высоту. Такие события заставляли трепетать президентов телекорпораций, переписывали все правила телерепортажей и создавали новые студии на факультетах журналистики.

Нора сидела за своим столом на канале CNC, что означало «Канал беспрерывных новостей», и наманикюренными пальчиками перебирала записи о последних полицейских сводках. Операторы уже находились в сверкающей студии, готовясь к передаче, и в ее ушах звенели сигналы проверки звука. Она подняла свои идеально накрашенные ресницы к вмонтированному в стол монитору компьютера в поисках новых данных. Это интервью необходимо было построить очень осторожно, чтобы удлинить историю, не создав ощущения того, что она эксплуатирует трагедию пропавшего молодого человека. Но Нора в себе не сомневалась. Она как никто другой чувствовала эту тончайшую грань, через которую нельзя переступать.

Разумеется, во время этих драгоценных моментов, когда Нора беседовала с родителями Джейсона, а это на ее кабельном новостном канале происходило приблизительно через день (в передаче «Кто против Дэр?»), она молила Бога о благополучном возвращении Джейсона и делала это совершенно искренне. Потому что если бы юноша объявился и целым и невредимым вернулся домой, рейтинги Дэр стали бы золотыми. Да что там золотыми! Бери выше — платиновыми. Может, даже урановыми. На протяжении трех месяцев студент колледжа Джейсон Керк, бесследно исчезнувший во время семейного отдыха, являл собой упоительно высокую долю телевизионного рынка.

Такие перспективные истории, как то, что случилось с Джейсоном Керком, подворачивались Дэр не каждый день. Тут присутствовали все элементы, которые Нора считала ключом к рекордным рейтингам: необычайно привлекательная и вызывающая живое участие жертва с запоминающимся именем; фотогеничные скорбящие родители, потрясенные постигшей их трагедией; экзотическое место действия и таинственная, экзотической внешности женщина, которую видели последней с исчезнувшим молодым человеком.

По мере возникновения различных теорий Нора рассматривала их с тщанием следователя. Джейсона похитили (одна из первых и излюбленных версий, которой до сих пор придерживались его родители). Джейсона продали в рабство (версия муссировалась на протяжении двух недель). Джейсона убила, ограбила и сбросила в море таинственная женщина (наиболее вероятный вариант). Джейсон напился, пошел плавать на пляж Синт-Питера и утонул, а упомянутая женщина просто сбежала с места трагедии (на этом продолжала настаивать местная полиция). Джейсон покончил с собой (с этой версией, грозившей уничтожить ее рейтинги, Нора поспешила расправиться).

Но теперь все изменилось, и история получила новую жизнь. В маленьком городке на северной оконечности острова обнаружился свидетель, утверждавший, что видел возле своего дома мужчину, соответствовавшего описанию Джейсона. Этим свидетелем была молодая женщина, которая могла бы быть чуть более фотогеничной («Неужели на Синт-Питере нет дантистов?» — досадовала Нора). Зато ее уверенность в том, что она видела Джейсона, была искренней и неподдельной.

Директор по макияжу легчайшими касаниями подправила брови Норы, а директор самой Норы вложила в папку с вопросами для интервью листок с последними новостями.

— Э-э, знаешь, Нора, меня немного смущает тема сегодняшней передачи.

— Заголовок «Надежда или надувательство» очень точно передает ее суть.

Нора даже не поморщилась, когда из ее практически идеальной брови была выдернута неуместная волосинка. Для Норы это было делом чести: она никогда не морщилась. Она заставляла морщиться других людей. Путь к славе, топ-рейтингам и мультимиллионным контрактам на книги был тернист и труден. Взять хотя бы подозреваемого, который покончил с собой после того, как Нора подвергла его допросу с пристрастием. Разве это не послужило доказательством его вины? По мнению Норы, она сэкономила налогоплательщикам стоимость судебного процесса. А другой случай, в котором мужчину, которого она на протяжении пяти месяцев обвиняла в убийстве жены, объявили невиновным на основании улик, полученных путем анализа ДНК. У Норы, как и у всех здравомыслящих зрителей, достоверность этих улик до сих пор вызывала определенные сомнения.

— Надежда или надувательство — это именно то, о чем пойдет речь в этой передаче, — раздраженным тоном бросила она.

Молли подняла одну бровь.

— Я понимаю, о чем ты говоришь, но мне кажется, что упоминать слово «надежда» жестоко по отношению к Керкам.

— Если существует надежда, — с улыбкой, выражающей бесконечное терпение, начала излагать Нора, — то у зрителей будут основания настроиться на наш канал и завтра. Если это надувательство, то они полюбуются на то, как я буду в клочья разрывать эту маленькую лживую сучку.

— Просто это попахивает…

— Чем?