Будь проклята Атлантида!

Атланты пришли на стоянку детей Куропатки в канун большого весеннего колдовства. Снег на побережье почти стаял, только в низинах лежали серые клочья зимней шерсти земли. Под ярким средиземноморским солнцем южные бока холмов уже щетинились молодой травой. На пологом склоне над стоянкой паслись изголодавшиеся по свежему корму олени.

Чужаков было семеро. Впереди шли немолодой толстогубый воин в куртке с красным поясом и худощавый человек в синем плаще. Их сопровождали четыре копьеносца в кожаных шлемах-капюшонах и звериный умелец с бурым медведем на длинном ремне. Они прошли мимо долбленых лодок по берегу Оленьей реки — вблизи моря спокойной и довольно широкой, — миновали перекладины с сушившейся рыбой. Тут же висели связки лубяных полос для новых сетей. Мелкие тощие собаки с лаем метались вокруг пришельцев, но ворчание медведя держало их поодаль.

Атланты остановились у вытоптанной площадки, на которую глядели входы землянок. В каждой жила семья из десяти-пятнадцати матерей и отцов с детьми. Девочки, вырастая, вступали в число матерей, а юноши уходили в семьи жен.

Атлант в синем, окинув взглядом землянки, тихо сказал:

— Одиннадцать жилищ. Значит, их больше трех сотен.

Воин довольно ухмыльнулся:

— Удача! Теперь не часто встретишь такую стаю. А как ты назвал их? Все забываю эти имена, похожие на волчий вой.

— Племя зовется гии. Три красных полосы на щеках — значит, род считает предком куропатку.

— Ха! В прошлый раз были козероги. Что ж, займемся птичками.

Дети Куропатки стояли группками у землянок, готовые ко всему.

Атлант в синем шагнул вперед и попросил гостеприимства жестом, принятым в гийских племенах, живущих на востоке. В ответ раздался ропот людей, изумленных коварством узкоглазого оборотня. К атланту вышла Оз, немолодая рослая женщина с гордой осанкой и прической, положенной Матери рода: светлые волосы ее были сколоты на затылке двумя стрелами, косо торчащими над головой.

— Будь неутомима, Мать смелых охотников! — проговорил синий. Гийские слова вылетали из его рта с визгом, словно на языке людей заговорила собака. — Наш большой гребец, наш… — пришелец запнулся, силясь перевести для гиев титул своего начальника, — Передний в лодке, Аргол, послал меня, чье имя Палант, и отца большой семьи воинов Стропа, — его спутник важно кивнул, — для беседы с тобой.

— Войдите, — неохотно ответила Оз, кивнув на землянку. — Каро! — крикнула она, обернувшись. — Ты сядешь возле меня.

Сероглазый силач с торчащими соломенными волосами и короткой широкой бородой отделился от соплеменников. Он был босой, в меховой куртке до колен. Вслед за Матерью и охотником пришельцы спустились в землянку. Перед пологом из оленьих шкур Каро вынул из-за пояса каменный топор и воткнул в землю. Атлант в синем положил рядом нож и что-то сказал спутнику. Тот, недовольно бурча, отстегнул меч.

Остальные атланты остались наверху. Медведь растянулся рядом с проводником, положив лобастую голову на лапы. Гии продолжали глядеть издали. Лишь один из юношей, Ор, несмотря на окрики родичей, крадучись подобрался к чужим. Он был высок и тощ, олений мех оставлял открытыми длинные жилистые руки. Присев на корточки, гий, готовый каждый миг отпрыгнуть, стал разглядывать чужую одежду, осмелев, проводил пальцами по ткани, касался сапог, потом потянулся к бронзовому наконечнику копья. Воины потешались над его изумленными гримасами. Проводник медведя, подмигнув остальным, достал из-за пазухи что-то блестящее и показал гию. Тот потянулся к странному предмету из двух соединенных крючков. И тут крючки, словно сами метнулись навстречу и, щелкнув, обхватили руки Ора. Он дернулся, но злая сила крепко держала запястья.

Воины хохотали. Юноша вскочил, напрягся, но бронза лишь глубже врезалась в кожу. Тогда он закричал и, взмахнув пойманными руками, кинулся на обидчика. Тот подставил ногу, и дикарь ткнулся лицом в землю. Поднялся шум. Гии, подбадривая себя выкриками, двинулись к пришельцам. В руках у них замелькали кремневые лезвия, дротики. Проводник, сдернув крючки с Ора, отскочил за медведя, который по команде поднялся и угрожающе замотал головой. На крики из землянки показались Оз и Палант. Подвывая от обиды, Ор протянул Старшей Матери кровоточащие запястья.

— Воин играл, — примирительно сказал сине-одеждый, — он хотел повеселить охотников.

— Из протухшего рода те люди, у которых такие игры! — с презрением кинула Оз. Потом она обернулась к Ору: — Идем, я дам мазь для ран.

Гии отошли, бормоча оскорбления. Проводник, из красного ставший грязно-желтым, криво усмехаясь, уложил медведя.

В землянке пахло кожами и рыбой. Оз достала из кожаного мешка раковину с мазью, дала Ору и опустилась рядом с Каро на шкуры. Атланты сидели напротив. Набрав пальцем жирную едкую мазь, Ор стал втирать ее в порезы — медленно, чтобы дольше остаться ё землянке, где происходило что-то важное и интересное.