Братство кольца

В книге речь пойдет в основном о Хоббитах. Читатель узнает немало и о них, и об их истории, а коли захочет узнать больше, пусть заглянет в Алую Книгу Западного Крома. Кое-что из нее уже публиковалось под названием «Хоббит» – это начальные главы, написанные знаменитым на весь мир Бильбо, первым по-настоящему прославившимся хоббитом. Он дал этим фрагментам заголовок «Туда и Обратно», как нельзя лучше соответствующий рассказу о путешествии на Восток и возвращении в родные места, а главное – о Приключении, которое повлекло за собой величайшие события Эпохи, внесшие немало изменений и в жизнь хоббитов. Об этих событиях и пойдет рассказ.

Многие читали «Хоббита», многие, да не все. Поэтому в нашей книге не обойтись без основных сведений об этом замечательном народе, да заодно уж надо напомнить и о самом Приключении.

Хоббиты – народ неприметный, но весьма древний, в прошлом многочисленный. В том, что их стало меньше, нет ничего удивительного, если учесть стремление хоббитов к мирному житью и любовь к ухоженной земле. Самое милое дело для них – тщательно и заботливо возделанные сельские угодья. Есть и техника, но та, без которой не обойтись, – кузнечные мехи, водяные мельницы да ручные ткацкие станки – другой они не признают и не держат.

Нас они издавна звали Верзилами и сторонились, предпочитая не связываться. Сейчас встретить хоббита – большая редкость: слух у них чуткий, зрение – острое, движения ловкие и проворные, несмотря на склонность к полноте и покою. Издавна владели они умением исчезать бесшумно и бесследно, едва заслышав издали спотыкающуюся поступь какого-нибудь Верзилы. И так это у них ловко получалось, что Люди стали поговаривать о волшебстве. На самом деле ни с какой магией хоббиты, конечно, не знались, а неуловимостью своей обязаны были исключительно мастерству, основанному на бережном отношении к традициям, большой практике и близкой дружбе с землей, что неуклюжим Большим народам и несвойственно, и непонятно.

А хоббиты – народ маленький, ростом чуть поменьше Гномов, и не такие кряжистые, конечно. По нашим меркам – фута три-четыре в вышину. Сейчас-то и трехфутовые – редкость, а в давние дни, конечно, бывали и повыше. Из Алой Книги можно узнать, например, о Бандобрасе Туке, сыне Изенгрима Второго, – был он четырех с половиной футов ростом и мог ездить на лошади. Только два героя древности ростом превосходили его, но о них речь впереди.

Хоббиты, населявшие Шир, во дни мира и благоденствия были веселым народом, одевались в яркие цвета (больше всего любили желтое и зеленое), а обувались редко – подошвы у них были, что твоя подметка, и ноги (книзу в особенности) покрывал густой курчавый волос, чаще всего шатеновой масти, как и на голове. Само собой, сапожное ремесло у хоббитов не в почете, а вообще-то народ они умелый и здорово мастерят всякие мелкие штуки. Красавцами хоббитов не назовешь, а вот добродушия им не занимать: круглолицые, краснощекие, рот в любой момент готов разулыбаться до ушей, если, конечно, нет более важных занятий: завтрака там или обеда. Вот уж в этом хоббиты знают толк, в «поесть-попить» душу вкладывают, могут за стол и по шести раз усаживаться – было бы что на стол поставить. Гостеприимство у них в обычае, подарки дарят с легкой душой и принимают с радостью.

Совершенно понятно: хоть и разошлись мы с ними за долгие века, но когда-то были они нам родня, куда ближе Эльфов или тех же Гномов. И язык у нас с хоббитами общий был, и любили-ненавидели мы с ними примерно одно и то же. Но где, в каком колене это родство – теперь уже не вспомнишь. В незапамятных стародавних днях корни хоббитов. О том времени помнят Эльфы, но ведь их предания касаются в основном собственной истории. В них и люди-то упоминаются мимоходом, а о хоббитах и вовсе ничего нет. Но как бы там ни было, а хоббиты жили себе потихоньку в Среднеземье еще задолго до того, как остальные народы заметили их. Оно и понятно: в мире без счета всяких странных созданий, до хоббитов ли тут! Но во дни Бильбо и его племянника Фродо все вдруг изменилось: хоббиты, без всякого на то желания, стали важными, знаменитыми и заставили думать о себе Мудрых и Великих.