Bom caminho, или Пилигримуши на Пути Святого Иакова

Счастлив ты, совершающий паломничество, если тебе не хватает слов, чтобы выразить благодарность за все то, что приносит тебе дорога в каждом своем изгибе.

Из «Блаженств паломника»1

Не помню точно, кто первый предложил совершить паломничество в город Сантьяго-де-Компостела, чтобы поклониться мощам святого Иакова2, но хорошо помню, что поначалу эта идея не вызвала у меня восторга. Пройти пешком двести пятьдесят километров под палящим солнцем и проливными дождями, целыми днями карабкаться по горам Португалии и преодолевать испанские равнины – это казалось полным безумием. Ради чего, спрашивается? На кой мне сдались тяготы и лишения пилигримской жизни, если я даже не знаю, кто такой этот Иаков?

– Расслабься, – сказали мои будущие попутчицы, – этого никто не знает, и, однако, люди толпами идут по Пути Сантьяго. Вот и мы его пройдем – заодно узнаем, что к чему.

Прежде всего разработали маршрут. Сам Путь существовал уже двенадцать столетий и в наших поправках не нуждался – мы лишь могли внести дополнения к пешей части путешествия и где-нибудь побывать до и после пилигримства. Решили, что сначала проведем несколько дней в Лиссабоне и Порто, а напоследок зависнем в Барселоне, чтобы снова привыкнуть к цивилизации после всех мытарств пути.

Определившись с географией поездки, сами себе организовали полугодичные курсы португальского. За две-три недели освоив основы разговорного языка и взяв на себя роль mestre, я принялся обучать этому забавному наречию будущих peregrinos.3 Одной из первых выученных фраз, необходимых нам в путешествии, было пожелание хорошего пути – bom caminho!

Впоследствии оказалось, что изучение португальского не было пустой тратой времени: язык очень даже пригодился в глухой провинции, где местное население совсем не говорило по-английски, да и в крупных городах он был нелишним – жителям любой страны куда больше нравится общаться на родном языке, нежели на иностранном.

Наконец, нужно было купить полное снаряжение для длительных походов: удобный рюкзак, который на десять дней становился продолжением твоей спины, скандинавские палки – бродить по горам и долам, спальный мешок – ночевать в приютах или, если приведется, в чистом поле, а самое главное – идеальную треккинговую обувь, чтобы в пути не сбить в кровь ноги.

И вот в один прекрасный мартовский день группа российских паломников (восемь девок – один я) прибыла в столицу Португалии.

Одна из наших девушек, Лена, безапелляционно заявила, что смотреть в Лиссабоне абсолютно нечего, но, вопреки ее мнению, город оказался одним из самых ярких и неповторимых мест, какие мне только доводилось видеть. Наверное, каждый сам для себя решает, что достойно его взгляда, а что – нет. Я не мог оторвать глаз от тротуаров с великолепными восточными узорами, выложенными неровной брусчаткой. Приходил в восторг от традиционных желтых и красных трамвайчиков: они с важностью разъезжали по центру города и отчаянно карабкались по крутым склонам старых районов.

А на азулежу – таблички, мозаичные панно и сюжетные полотна из керамической плитки, украшавшие здания Лиссабона, – я вообще глядел раскрыв рот.

Город буквально утопал в зелени. На улицах вольготно росли европейские богатыри платаны с пятнистыми стволами, а рядом с ними мирно сосуществовали стройные южанки пальмы – их вечнозеленые кроны свысока смотрели на пока еще безлистые ветви соседей. Но пальмы в Европе – это ладно, а вот апельсиновые деревья, усеянные спелыми плодами в самом начале весны, потрясали до глубины души. Я даже подумал, что это какие-то декоративные сорта, однако, нет, оказалось, самые что ни на есть съедобные.

Как и местная природа, лиссабонская архитектура представляла собой удивительную мешанину различных стилей и направлений. На центральных улицах и площадях дома и дворцы казались совершенно невесомыми и походили на объемные картинки в детских книжках-раскладушках. Они напоминали голландские здания, чьи разноцветные фасады были словно вырезаны из картона. А смотришь сверху на оранжевые черепичные крыши знаменитого квартала Алфама, и кажется, что попал в центр старинного датского городка, где строения расположены совершенно хаотично и можно бесконечно блуждать в лабиринте узких улочек.

Но не успеешь привыкнуть к этой амстердамско-копенгагенской эстетике, как на глаза тут же попадается богатый особняк с арабскими башенками и куполами или огромный ажурный дворец с богатейшим восточным орнаментом. Наследие мавританской культуры придавало городу поистине сказочное очарование.

В первый день путешествия мы сидели в шезлонгах на берегу реки Тежу, рядом с Башней Белен4, и были не менее расслаблены, чем лиссабонцы: те бродили по набережной словно заторможенные, а мы потягивали жинжу – сладкий португальский ликер, настоянный на ягодах вишни.