Боевая рубаха

Дороти Джонсон

БОЕВАЯ РУБАХА

Бидж Уилкокс стоял, прислонившись к стволу тополя, и, полузабавляясь, полусердясь, наблюдал за нервной суетой Френсиса Мэйсона. Худощавый, с волосами и бородой цвета тающего от чинука (Ветер, дующий временами с восточных склонов Скалистых гор.) снега, и крепкий, как вяленое бизонье мясо, Бидж был мрачным человеком. Покуривая свою короткую трубку, он все же не расслабился полностью: человек не может долго прожить на индейской территории, если позволит себе расслабиться и перестанет думать об опасности, а Бидж прожил здесь сорок лет.

Машинально он посмотрел назад, откуда они пришли, в сторону армейского форта, находившегося к северу, в двух днях пути. Опасность для предстоящей встречи может прийти оттуда, если майор догадается, что Мэйсон разыскивает шайенов. В прерии, однако, не было заметно никакого движения.

Опасность могла прийти также и с юга, где расположился лагерь шайенов, во всяком случае он находился там неделю назад. Ожидание в тополевых зарослях имело свое преимущество: можно было издали, не выдавая себя, заметить пыль в случае опасности.

Хотя Бидж и презирал Френсиса Мэйсона, который его нанял, он вынужден был признать, что этот чужак из Филадельфии - человек смелый и решительный. К тому же у него есть деньги, за услуги он расплачивается. Два года он повсюду разыскивает своего брата: на факториях, в армейских фортах, по всему фронтиру (Линия продвижения поселенцев США на Запад, на индейскую территорию.).

Френсис Мэйсон присел покурить, но, не выкурив и одной трубки, опять начал суетиться около подарков, разложенных на одеяле, передвигая и перекладывая карабины, красную материю, бусы и ножи, чтобы все выглядело как можно лучше.

- Как он сказал? Когда придет? - требовательно спросил Мэйсон.

- Он вообще не говорил, что придет, - проворчал Бидж. - Сказал, может, когда-нибудь кто-то и придет. Если он все же явится, - добавил Бидж, - то приведет с собой переводчика. Он не говорит по-английски, только на шайени и языке жестов.

- Но ведь вы говорите на языке шайенов, - возразил Мэйсон. - Зачем ему переводчик?

Бидж пожал плечами.

- Почему он должен мне доверять? Я белый.

- Как же он может быть моим братом Чарльзом? - настойчиво допытывался Мэйсон. - Чарльз был образованным человеком. Писал стихи. Мы издали книжку.

- Я никогда не обещал привести на эту встречу вашего брата, - напомнил ему Бидж. - Человек, с которым я говорил, - вождь шайенов.

"Еще немного, - подумал Бидж, - и я расскажу, каким он был, когда я впервые увидел его тридцать лет назад... А вождь шайенов с полудня колдует по ту сторону желтых холмов".

По тому, как вели себя птицы, Бидж знал, что там кто-то есть, а тонкая струйка дыма свидетельствовала о том, что костер был ритуальный. Приметы добрые. Если бы индеец думал скрываться, ничего заметить было бы невозможно.

- Вы сказали, - тихо проговорил Френсис Мэйсон, - что у него на щеке есть отметина - большое красное пятно, похожее на отпечаток руки. Сколько человек на свете может иметь подобное родимое пятно? "Только один, подумал Бидж Уилкокс. - И белый человек с такой отметиной называл ее "Знак Каина".

Вслух Бидж сказал:

- Индейцы раскрашивают себе лица. Вы это знаете. Красная рука талисман этого вождя. Обычно индеец уходит в уединенное место за холмы, ничего не ест, или проходит через мучения на Священном Шесте (Религиозная церемония, практикуемая равнинными индейцами Северной Америки; состоит из церемониальных плясок и песнопений, сопровождаемых символическими обрядами. Обычно включает самоистязания.), и ему является видение, священный знак, талисман, его будущий покровитель... Я только сказал, что передам вашу просьбу шайену с красной отметиной на лице и пообещаю подарки, если он придет сюда поговорить с вами. Я это выполнил. Хотя мог потерять скальп, когда его воины встретили меня.

Вождь рискует собой, согласившись приехать так далеко без боевого отряда, - напомнил Бидж, - однако не позволил привести вас к шайенам. Он хочет оградить от опасности свой народ.

"Вот бы обрадовался майор, если б ему удалось захватить его здесь! подумал Бидж, - Уже много лет солдаты пытались заставить вождя Священная Метка подписать договор, но он всегда присылал один ответ - стрелу с засохшей на ней кровью. Солдаты все еще продолжают разыскивать его, но теперь уж, конечно, не для переговоров".

Бидж снова прислонился к стволу дерева, приготовившись к ожиданию: тонкая струйка дыма за холмом исчезла. Солнце хорошо прогревало потерявшие гибкость суставы.

- Он бы не пришел, - продолжал Бидж, - не пообещай я ему карабины и патроны. Это для него главное. Лошади - это так, для престижа, а все остальные подарки - для красоты.

"Если не считать тех вещей, - подумал Бидж, - которые Мэйсон разложил на одеяле, заготовив их как ловушку. Может, ловушка и сработает. Кто знает...

Хитрый этот чужак из Филадельфии! Вехо, который плетет свои сети! Интересно, случайно это или нет, что "вехо" на языке шайенов значит и паук, и белый человек?"