Блин лохматый тчк, или You are in the army now

В армию я попал случайно, из-за моего приятеля Белкина. Если бы не он, военкоматчики, наверное, и поныне продолжали бы слать повестки по месту моей прописки в городке Зареченске, что на реке Оке, а моя двоюродная тетка привычно объясняла бы почтальону, что Влад Мамичев уехал в город учиться и до сих пор не возвращался. Она умная, моя тетка Маня, всегда знает, что и когда правильно сказать.

Это Белкин надоумил меня учиться на права, он, видите ли, очень нервничает, когда при вылазках на природу все пьют вкусное пиво, а ему приходится трезвым крутить баранку. С подлой мыслью усаживать меня за руль в подобных случаях он и решил осчастливить вашего покорного слугу халявными водительскими правами. У него какой-то бартер с автошколой, так что за обучение и бензин мне платить не пришлось. Но халява, как правило, всегда имеет обратную сторону…

Вот в областном ГИБДД меня и сцапали прямо в кабинете, где эти самые права выдаются. А я — то сначала удивился, почему за столом рядом с угрюмым ментовским капитаном сидит улыбчивый армейский майор.

— Что же вы, молодой человек, по повесткам не являетесь, — ласково пожурил меня майор, погрозив пальчиком, — образование высшее бесплатное получили, значит, соображаете, что пора и Родине долг отдать. Тем более права водительские у вас теперь имеются, следовательно, вполне можете военным автомобилем управлять. Ракету боевую возить или генерала какого. Опять же, живете в областном центре без прописки, непорядочек получается.

Я хоть в армию и не рвался, но особо не возражал и тут же подписал повестку. А что оставалось делать? Платить зажратым военкоматчикам за отсрочку или покупать у врачей-мздоимцев справку, что я латентный гомик, а посему в общую армейскую душевую меня запускать нельзя по причине неуставных вожделений? Нет уж, увольте. Опять же, я совершенно не собирался скрываться пять лет от призывной комиссии до заветного возраста, чтобы спеть на мотивчик популярной группы «Руки вверх»:

Вы целуйте меня в же…

Двадцать восемь мне ужо…

(исполняется перед окнами областного военкома, сопровождается пляской вприсядку.) Люблю, знаете ли, спать спокойно, никакой вины за собой не чуя. Двух детей заводить, да и жениться вообще я тоже как-то не собирался, лучше уж два года в сапогах, чем с ярмом на всю жизнь.

За день я успел уведомить хозяев съемной жилплощади, что в течение минимум полутора лет не смогу проживать в их уютном доме по обстоятельствам от меня не зависящим (ключи я отдал Белкину для его похотливых похождений), получил на работе расчет и созвал коллег на проводы. Проводы удались, мои сослуживцы и сослуживицы в особенности горько сожалели, что наше издательство будет обходиться без моих талантов, обещали скучать. Маринка заливалась горючими слезми, а девчонки ей сочувствовали и по очереди лезли ко мне целоваться. Пьяненький Белкин, изнывая от чувства собственной вины, тайком сунул мне визиточку и попросил обязательно позвонить, если я не хочу весь ближайший год рыть окопы, драить полы и строить дачи старшему офицерскому составу. Сказал, что моего звонка там будут ждать.

Про визитку я вспомнил только следующим вечером, когда уже упаковывал комп для сдачи на хранение. Достал ее из кармана, набрал номер и выслушал механический голос, сообщивший электронный адрес, по которому я должен был скинуть свою анкету. Здрасьте, опять бумажки, ну нигде без этого. Благо различных анкет и резюме у меня было в достатке (набил руку, пока работу искал), я снова распаковал машину, в последний раз вошел в сеть и скинул требуемое. В результате с утра в мою дверь позвонил хмурый армейский прапор, внимательно меня рассмотрел и кивком головы пригласил спуститься вниз с вещами, служить в армии.