Благородный призрак

– Ну, с Богом!

Высокая светловолосая женщина отёрла украдкой слезу, чтобы сын не видел.

Восемнадцатилетний Георг Эрикссон уезжал на учение в Уппсалу . Он уже простился с отцом, младшими братишками и сестрёнками, но вот мать всё никак не могла отпустить его в дальнюю дорогу. Георг любил свою мать, но всегда недолюбливал в ней излишней сентиментальности. Его отец Эрик Эрикссон держал сына в строгости. Отец был для Георга, словно офицер для солдата. Он беспрекословно повиновался ему. И если бы ни мать, которая всячески пыталась баловать и ласкать сына, он и вырос бы холодным и, может быть, чёрствым человеком. С малолетства отец брал его с собой на охоту, приучал к седлу и даже учил фехтованию. В молодости Эрик Эрикссон много лет состоял на военной службе. Но по невыясненным причинам Эрик вышел в отставку и зажил в своей родовой усадьбе в юго-восточном Сёдерманланде . У Эрика и Малин было шестеро детей: Георг, Карл, Юхан, Ханна и Ева. Когда родился Карл отец сказал, что теперь жена может заниматься с сыном, а сам всю свою энергию бросил на старшего сына, Георга. Георг был старше своего брата Карла на четыре года, и никогда особенно не любил его. Но очень привязался к малышам: Юхану, Ханне и Еве. Семья всегда жила дружно. Георг правда замечал, что его мать любит других детей больше него, и жестоко ревновал их к матери. Но вскоре понял, что всему виной его несговорчивый упрямый характер и холодность в обращении. Он был нежен только к малолетним сестрёнкам. И даже сейчас, уезжая, он простился с матерью не так, как, возможно, должен был проститься любящий сын.

Все эти мысли бродили в его голове, когда он ехал в собственной коляске по направлению к Уппсале, к заветной Уппсале, мечте любого молодого человека. В родной гимназии Георг учился прекрасно, и теперь он едет в уппсальский университет, чтобы пройти там долгий курс обучения. Он всегда любил чтение, и самого детства его тянуло к путешествиям. Он хочет стать писателем или поэтом. И он обязательно им станет, только сперва надо вызубрить латынь, ботанику, медицинские науки, прослушать лекции по истории и философии и многим другим предметам. Но Георг не боялся студенческой жизни. Его не пугали кипы толстенных фолиантов, не пугали нудные долгие лекции по философии. Он занимался дома философией с учителем, выписанным его отцом из самого Стокгольма. И ему нравилась эта наука. Отец дал Георгу немало денег на дорогу и на дальнейшие расходы на полгода. С этих денег Георг должен был нанять меблированную квартиру. Семейство Эрикссонов было одним из самых богатых и уважаемых в округе. Да, говорят, и в Уппсале Эрика Эрикссона знали и почитали. И Георг не боялся, что он будет отщепенцем среди студентов.

Приехал Георг в Уппсалу за два дня до начала осеннего семестра. Он нанял хорошо меблированную квартиру в две комнаты, где жил совершенно один. Отец не хотел, чтобы к сыну подселяли постояльца. А хозяйке квартиры было вс ё равно, один ли у неё постоялец или несколько, ведь Георг всё равно оплачивал обе комнаты.

Всё оставшееся до занятий время Георг ходил по городу. Но ни что его так не влекло к себе, как книжные магазины. Он готов был скупить все эти толстенные книги, пылившиеся на полках.

Но вот началась студенческая жизнь. Он переходил с лекции на лекцию, но почти всегда рядом с ним почти никто не садился. Все первокурсники садились небольшими группками, они, видимо, успели уже перезнакомиться друг с другом. И тут Георг впервые почувствовал беспокойство: ведь он может остаться один без друзей, если не переборит свой упрямый характер одиночки. В перерывах между лекциями он пытался заговаривать с юношами, те отвечали, но тут же уходили к своим приятелям. Вернулся Георг домой в самом скверном расположении духа и тут же, схватив с книжной полки первую попавшуюся на глаза книгу, рухнул с ней на застланную покрывалом кровать. Книга оказалась научным трактатом по философии. Георг начал читать, но скоро со злостью зашвырнул книгу в самый дальний угол и закрыл руками лицо.

– Что же я за человек!– вскричал он дрогнувшим от непрошенных слёз голосом.

«ни в соседских усадьбах, ни в гимназии со мной никто не хотел общаться»– думал он, – даже в родной семье я был словно бы лишним. Только отец и малыши по-настоящему любили меня. Ни Матушка, ни Карл не считались со мной. За что мне такая жизнь?»– горестно спрашивал он себя и не находил ответа.