Безликая верность

Солнце медленно опускалось за неровную череду многоэтажных домов. Тени, что они отбрасывали, с каждой минутой становились все длиннее, расползались по улицам, переплетались в переулках. Закат же, однако, все еще пылал яркими красками, и казалось, сам воздух вокруг тлел, окрашиваясь в матово-багровый цвет.

Двигаясь вдоль тротуара, над которым склонялись высокие старые деревья, Стас то ускорял шаг, то вновь замедлял его. Ничего, кроме раздражения, он больше не испытывал. Где-то внутри он уже проклинал себя за то, что поддался этой мимолетной слабости, возникшему на миг состраданию. И теперь ему приходилось испытывать на себе последствия своего глупого и безвольного поступка.

Пес неотступно следовал за человеком с опущенной вниз головой, прижатыми ушами и виноватым взглядом, неловко переставляя лапы так, будто хромал сразу на каждую из них. Всякий раз, когда мужчина оборачивался, его преследователь врастал в землю, слегка приседая и как-то испуганно повизгивая.

Особой симпатии к бездомным животным Стас не испытывал. Но этот пес, одиноко сидевший на краю тротуара и своими большими печальными глазами провожавший прохожих, почему-то сразу же вызвал у него жалость. Мужчина подошел и, неуверенно протянув руку, потрепал животное по голове. В ответ пес заскулил и радостно завилял хвостом.

Возможно, таким безобидным жестом Стас что-то нарушил. Какое-то табу собачьего мира. Потому что с этого момента тот не отставал от него ни на минуту.

Несколько раз мужчина пытался прогнать его, и на некоторое время пес даже исчезал. Но вскоре позади снова слышались едва различимые шаги, а пристыженный взгляд, как и прежде, упирался в спину человека.

Наконец, череда многочисленных поворотов вывела Стаса к оживленному перекрестку. Он остановился. Загорелся зеленый свет, давая возможность пройти многочисленным пешеходам. Но мужчина не двинулся, ожидая нужного момента. Лишь в самую последнюю секунду он сорвался с места и пересек дорогу.

К его радости, пес замешкался, нерешительно глядя на проезжающие мимо машины. Он, поджав хвост, семенил из стороны в сторону, а человек, за которым он так долго шел, уходил все дальше по улице.

Довольный тем, что животное удалось обмануть, Стас уже собирался было исчезнуть за ближайшим поворотом, когда визг тормозов и глухой звук внезапного удара заставили его обернуться.

Пес лежал посреди дороги, отброшенный в сторону сбившим его автомобилем. Грязная шерсть была всклокочена, а тело обмякло, больше всего напоминая старую истрепанную куклу, выброшенную за ненадобностью. Темное кровавое пятно, образовавшееся под ним, стремительно расширялось, постепенно отползая в сторону обочины. Собака не шевелилась. Двигались лишь ее глаза. Они безумно вращались, в последней отчаянной попытке силясь ухватиться за нечто, чудесным образом способное вернуть изувеченное тело в прежнее состояние. Но все было тщетно. Последние частицы жизни стремительно ускользали из него.

Должно быть, он попытался заскулить так же, как делал это до того, как его органы превратились в бесформенное месиво, но вместо этого из раскрытой пасти вырвался мерзкий сдавленный хрип. Затем тело его вздрогнуло, и вскоре он испустил дух.

Мужчине потребовалось время, чтобы осознать – перед смертью псу все-таки удалось отыскать его среди немногочисленных прохожих. И теперь взгляд остекленевших глаз был направлен прямо на него.

Стас понимал, что животное мертво. Да и вины его, как он полагал, в этом не было. Но все же по какой-то неведомой причине отвернуться ему удалось не сразу. Чужая смерть завораживала смесью навеянного ее близостью страха и отвращения.

Он наконец сумел сбросить оцепенение и зашагал прочь. Водитель тем временем вышел из машины и озирался вокруг, пытаясь найти хозяина собаки. Вероятно, он понимал, что шансов на это очень мало – внешний вид того, кого он сбил, не шел ни в какое сравнение с ухоженным лоском домашних питомцев. Но поспешить Стасу все же стоило. Кто-либо мог видеть, как еще несколько минут назад пес шел за ним, словно он вдруг стал единственным смыслом его существования.

Свернув за угол, мужчина с облегчением выдохнул. Никто не пытался догнать его, затевая бессмысленный спор. Никто не указывал в его сторону. Он посмотрел вперед. Идти оставалось недолго.

Остекленевший взгляд собаки, обращенный к нему, намертво отпечатался на страницах его памяти. Но это больше не имело значения. Скоро он переступит порог своей квартиры, и все, что угнетало его сегодня, останется в недалеком прошлом.

Уже у самого дома, проходя мимо оставшейся после дневного дождя лужи, он услышал тихий всплеск прямо у себя за спиной. Стас остановился. Рядом с ним не было никого, а гладь воды по-прежнему оставалась спокойной и ровной. Однако чуть дальше, на сухой поверхности асфальта, ясно виднелся отпечаток собачьей лапы.

Если бы неподалеку находилась еще одна собака, мужчина наверняка заметил бы ее. Да и прятаться здесь было попросту негде.