Бездна

ГЛАВА 1

Солис опускалось к горизонту, знаменуя собой конец Дие. Небо озарилось багрянцем. Ноктис вступала в свои права. Магис неумолимо тянулась вверх. Магис – самое большое из трёх светил Ноктис. Оно занимало половину звёздного неба, и, казалось, что можно дотянуться до него рукой. Я гнал лошадь по Королевскому тракту. Он был назван так из-за маршрута королевских семей во время их прогулки по территории своего государства. Этим же трактом пользовались королевские сборщики налогов. Я не успел добраться до стен Пазарота, центрального города, где сходились все тракты. Город состоял из рынков, банков, домов развлечений и постоялых дворов. Мне ничего не оставалось, как съехать с дороги и остановиться на ночлег у обочины. Я спешился возле брёвен, лежащих на обочине вдоль дороги. Сняв седло и сумки, я отпустил жеребца. Конь заржал и побрёл на луг.

Солис окончательно спряталось за горизонтом. Багрянец, раскатившийся по небу, пропал. Звёздное небо на пару с Магис освещали окружающий меня мир. Разведя костёр, я сел на землю и прислонился спиной к бревну. Поножи, наручи и наплечники я не снимал. Путнику, особенно одинокому, следовало опасаться большаков и никогда не ослаблять внимания. Мимо меня, поднимая пыль, пронеслись несколько самоходок. Присмотревшись, я различил королевские флаги. Это были сборщики налогов.

Я не заметил, как сон одолел меня. Мне вновь снилось, что я стою на краю обрыва, а под ногами чёрная воронка. Это были врата, ведущие в бездну. Я знал, что нахожусь здесь не один, но никого не видел.

– Ты вернулся, – звучал голос.

Голос был мне не знаком, но я чувствовал с ним связь. В нем чувствовалась власть и сила. Он был грозный и одновременно ласковый. Словно отец говорил со своим дитём.

Я сидел у потрескивающего костра и размышлял о сне и о том, что ничего не помню о своём прошлом. Каждый раз, пытаясь что-либо вспомнить, голова разрывалась от боли. Из размышлений меня вырвал топот приближающихся копыт. Света, испускаемого звёздным небом и Магис, хватало, чтобы разглядеть путников.

Плащи скрывали убранство всадников. На головах – шляпы, на руках – перчатки, а на ногах – кожаные сапоги. Я потянулся к седельным сумкам лошади, выуживая многозарядное ружьё и крепя к нему оптический прицел. Затвор ружья был вертикально-скользящим, а рычаг-скоба для перезарядки располагался ниже спускового крючка.

Оптику применяли как отдельно, так и вместе с ружьём. Она позволяла рассматривать объекты вдалеке. Встроенный кристалл имел четыре различные грани и при повороте менял дальность изображения.

Одна рука легла на ложе, а вторая – на рукоять. Пальцы обхватили рычаг-скобу, и я начал вести цели.

Поворот кисти, и патрон в патроннике. Оружие приведено в боевое положение. Всадники, не чувствуя угрозы, продолжали приближаться до тех пор, пока один из них резко не затормозил.

– Не стреляй, – обратился он ко мне.

– Подойди ближе, – приказал я.

Всадники послушно подошли ко мне. Достать оружие или спешиться никто из них не решался. Не стоило провоцировать вооружённого человека. На одном из них был треугольный колпак на голове. Рот и нос закрыты шарфом. На шее человека висел кулон в виде маленькой мензурки. Мензурка была наполнена чёрной жидкостью.

– Покажи ладонь, – сменил я тон.

Один из людей снял перчатку и показал ладонь. На его руке разместилось клеймо венатора.

– Покажи лицо, – приказал я.

Человек снял шляпу и шарф. Присмотревшись к нему, я опустил ружьё.

– Куда путь держишь, венатор? И что за спутники с тобой?

– Едем в Пазарот. Хотели успеть затемно, но видно не суждено. Эти четверо господ, мои клиенты.

Имя венатора я не спрашивал, как и он моё. Судя по его осторожному поведению, он догадался, что я принадлежу к блудхоундам. Венаторы –охотники за нечистью, а мы –охотники на охотников.

– Проблемы? – спросил я.

– У дочери господина Наталиса Дэ Брута замечена одержимость. Требуется экзорцизт. – Указал венатор на одного из спутников. – А куда следуете вы? – спросил охотник.

– В Пазарот.

Я заметил, как охотник сглотнул ком в горле.

– Если у дочери господина Дэ Брута одержимость, значит, в городе есть ведьма и может ни одна.

– Скорее всего. Закончу с одержимостью и займусь этими шлюхами владыки бездны.

– Анна, Анна, доченька моя, – причитал Наталис. – За что же они мучают её, твари бесчеловечные?

– А кто его знает, что у них на уме, – ответил я. – А вы кем работаете, господин Дэ Брута?

– Я скромный казначей Его Величества в городе Пазарот.

Услышав ответ, я задумался, проигрывая варианты развития событий. И действительно, что могло понадобиться ведьмам от казначея?

– Довольно разговоров.

Двое парнишек сопровождающих Наталиса уже спали. Они были его детьми. Пожилой же человек был конюхом. Во время разговора он удалился расседлать коней и протереть им бока. Закончив, он прилёг рядом с детьми Наталиса.

Магис полностью заслонила собой небо, отмотав половину своего срока, и путники улеглись отдыхать. Первым нёс дозор я, а после – венатор.