Без масок

Сидя в роскошном кресле в своей спальне, Атарашики отдыхала. Прошло уже более двух часов, как последний гость покинул поместье, и она могла позволить себе расслабиться. Если бы это еще было не поместье в Токусиме, было бы совсем здорово. Все-таки слишком много ударов судьбы она приняла именно здесь, чтобы любить это место. Слишком много. Прикрыв на мгновение глаза, Атарашики постаралась выкинуть из головы воспоминания и насладиться крепким английским чаем, который принесла служанка пару минут назад. К демонам прошлое, надо думать о будущем.

Война с Тоётоми окончена. Ее род вновь доказал, что они сильны и могут выигрывать не только за счет наемников и денег от альянса простолюдинов. Да еще и у каких-то там малайцев. Аматэру победили дома. Клан. За две недели. Добились от Тоётоми полной капитуляции. Хотела бы она сейчас поглумиться над Кентой, но – увы, гордость не позволяет позвонить первой. Ко всему прочему Синдзи наконец показал всем этим чванливым аристократишкам, чего он стоит. Сделано это было руками Тоётоми, выложивших в Сеть записи своих поражений, что помогло финансистам Аматэру заработать на биржах еще немного денег.

Сделав глоток чая, Атарашики расслабленно улыбнулась. Правда, ненадолго. Взгляд упал на зеркало, которое служило ей с самого детства. Именно у него она сидела, когда в комнату ворвалась старшая сестра и заявила, что сваливает отсюда. Плач, истерика, просьбы простить… Да уж, тот вечер был сильным ударом по тогдашней Атарашики. Что ее ждет, она поняла сразу, но все, что ей оставалось – это держать лицо и успокаивать сестру. Которая сама и заварила кашу. А ведь у Атарашики тоже был жених, и она его любила, что в среде аристократов не такое уж частое явление. В итоге Азуна ушла к своему простолюдину сразу после блокировки камонтоку, а Атарашики объявили, что у нее новый жених. Ее собственный брат. К факту инцеста Атарашики относилась… никак. Гены столь древних аристократов, как Аматэру, могли выдержать не одно поколение подобных связей, печалило ее другое – прежний жених уплыл воевать в Индию и, как позже стало известно, там и сгинул. Еще один удар.

Жизнь вообще не особо щадила ее.

Встав из кресла и не забыв захватить кружку с чаем, Атарашики подошла к туалетному столику. Постояла, села на стул. Сделала глоток чая и, поставив кружку на столик, уставилась на свое отражение в зеркале.

– Сдаешь, старушка, – произнесла она тихо.

Старость никого не щадит, даже сильных пользователей бахира. Еще лет десять, край пятнадцать – и все. Но этого ей хватит, чтобы воспитать детей Синдзи, вложить в них принципы Аматэру. Синдзи этим принципам соответствует, тут ей повезло, только вот нет у нее уверенности в том, что мальчишка умеет воспитывать детей. Она успела воспитать многих…

На этой мысли Атарашики прикрыла глаза. Воспитать-то воспитала, но и похоронить успела абсолютно всех. Последним стал Исао. Сидя на этом самом месте, она узнала о его смерти… Боги, за что? Что она сделала не так? Резко открыв глаза, Атарашики поднялась со стула. Как же она не любит этот дом и эту комнату, но гордость не позволяла ей выбрать другое место для спальни, хватит уже того, что она дала слабину, когда переехала в окрестности Токио. Прошлое должно остаться в прошлом, она не имеет права жить им. Даже настоящим жить не имеет права. Только будущее. Только ради него. Она выдержит, вырвет у смерти лишние пару лет, но воспитает внуков. Или правнуков? Тут с какой стороны посмотреть.

Поджав губы, Атарашики пересекла комнату и остановилась у стенного шкафа. Будущее. Увы, но порой прошлое достает тебя и в будущем. Помимо книг в шкафу находилось и несколько фотоальбомов, один из которых Атарашики достала. Открыла, перелистнула несколько страниц. Взгляд остановился на фотокарточке старшей сестры, которая держала за руку маленькую Атарашики. Собственно, и Азуне на фото было не сильно много лет.

– Как же ты так? – прошептала она.