Бесноватый цесаревич 3

Дача, до которой его довёз присланный возок, на поверку оказалась небольшим дворцом. Расположена она была вёрстах в пятнадцати от столицы, уютно разместившись среди вековых сосен. Воздух был наполнен ароматами июньского леса, а ещё сильно пахло морем, которое было отсюда не видно, но запахи просто обволакивали и кружили голову. Он на некоторое время замялся перед парадным входом, но через несколько секунд решительно зашагал по ступенькам к двери.

Последние месяцы выдались просто ужасными. Николай ранее думал, что самым тяжёлым будет узнать об обручении его ненаглядной Катеньки с другим. Но когда зимой пришла новость, что свадьба состоялась, ему с трудом удалось сохранить душевное равновесие. Три или четыре раза он заряжал пистоль, подносил дуло к виску и уже был готов нажать на курок. От самоубийства его удержала не боязнь смерти, ведь он уже давно был мёртв. Ему хотелось одного, отомстить подлому обманщику и предателю. И ещё таинственная незнакомка, которая прислала письмо с описанием свадьбы и приглашением посетить столицу в начале лета для приватной беседы. Никто не знает, чего ему стоило дождаться указанной даты и не показать сослуживцам своих душевных терзаний. Только лучший друг Стёпа всегда был рядом, поддерживал и пытался его расшевелить. Он сделал вид, что смог пережить свою трагедию, но иногда хотелось выть волком от тоски и безысходности.

Полковник без раздумий дал двухнедельный отпуск для решения мнимых дел по наследству. Но очень строго предупредил, чтобы он не задерживался, так как бригада, уже которую неделю готовится к долгому походу и все офицеры должны быть в расположении своих рот. В столице Николай остановился у дальних родственников, а через день за ним прибыл возок от загадочной незнакомки. И вот он стоит перед дверью дворца, за которой должна решиться его судьба. А может, не только его.

Лакей провёл его в небольшую гостиную, где в глубоком кресле сидела хозяйка дачи. Красивое лицо с тонкими чертами, роскошные чёрные волосы, заплетённые в косу, воздушное платье, которое скорее открывало, нежели скрывало точёную фигурку. А ещё глаза, яркого голубого цвета, смотрящие на него с добротой и нежностью. У Николая перехватило дыхание, от явления такой чудесной картины.

– Поручик, ну что же вы стоите, – произнесла дама звонким голосом и ласково улыбнулась, – Проходите и не бойтесь, я не кусаюсь. С каких пор русские офицеры стали опасаться слабых и хрупких женщин?

– Я прапорщик, – хрипло произнёс Ушаков, глядя на откровенный вырез. К своему стыду он осознавал, что не может отвести глаз от выпирающих из лифа полушарий.

– Скоро будете поручиком, – ещё обворожительнее улыбнулась незнакомка, протянув руку для поцелуя.

Николай подскочил и припал губами к изящной ладошке. После чего резко выпрямился и отошёл на два шага, встав чуть ли не по стойке смирно. К ещё большему смущению он почувствовал, что кровь ударила ему не только в голову. Его собеседница опять улыбнулась, встала и подошла к нему вплотную.

– Поручик, – обратилась она к нему. – Позвольте показать вам дом. Все разговоры оставим на потом.

Ольга Жеребцова водила ухоженным пальчиком по великолепному молодому телу и загадочно улыбалась. Буквально полчаса назад она завела в спальню этого недотёпу. Но и после этого пришлось проявить чудеса кокетства, чтобы он наконец-то начал действовать. Зато потом его было уже не остановить. Сначала прапорщик чуть не разорвал её новое платье, специально пошитое к этой встрече. Затем долго путался в своём мундире и рейтузах, которые никак не мог снять. Ей с трудом удалось не расхохотаться, глядя на потуги этого юного девственника. Первый раз закончился, не успев начаться и чтобы успокоить, начавшего впадать в панику прапорщика, она взяла всё в свои опытные руки. Второй заход был просто чудесен. Теперь она начала понимать покойную Императрицу, которая становясь старше, выбирала любовников всё моложе и моложе. Уитворт, конечно, мужчина видный, да и в постели неплох, но ему не сравниться с напором и очарованием юности. Ушаков уже несколько минут лежал с осоловевшими глазами и смотрел в какую-то одну ему ведомую точку на потолке. Ольга игриво укусила его за сосок и засмеялась от забавно дёрнувшегося любовника. Затем резко сменила игривый тон.

– Поручик, – серьёзно произнесла она, глядя в удивлённые глаза юноши, – Мы с вами оказались жертвами коварства одного человека. У вас он украл самое лучшее в мире чувство, под названием любовь. А моей жизни просто угрожает опасность. Этот страшный человек, привык играть людскими судьбами, как шарами его любимого кегельбана. Мало того что ранее я терпела сплошные унижения от этого подлеца, но теперь он вознамерился уничтожить меня и всю нашу семью.