Бесхозный груз

– Товарищ капитан, разрешите обратиться.

– Давай без церемоний, Денис, мы ж не вояки, сколько раз говорил. Что у тебя?

– Похоже, что в космосе болтается потерянный кем-то груз. Данные ОЛС: азимут тридцать, зенит двенадцать, дистанция пять.

Капитан отозвался не сразу, так что Денис Фокин машинально посмотрел на стрелки своих брюк и отметил, что они качественнее, чем у любого другого члена экипажа. И тогда, что он делает на этом корыте, у которого даже капитан – полный тормоз?

– Выведи-ка картинку мне в виртуальное окно, увеличь по максимуму, – наконец распорядился Эдуард Леопольдович. – С чего ты взял, что это груз? Больше смахивает на обломок корабля. Маркировки нет, и по размерам не тянет на стандартные контейнеры.

– Видны два угловых фиттинга и карманы для вилочного погрузчика.

– Допустим, что это нестандартный контейнер, – вяло согласился Эдуард Леопольдович. – Тридцать лет, так сказать, рассекаю просторы вселенной, а такая дичь не попадалась.

Денису захотел добавить, что ты многого не видел, Леопольдыч, хоть и за полтинник тебе – потому что ты штафирка, водитель грузовика.

Капитан несколько раз сосредоточенно прошелся вдоль рубки, словно желая удостовериться, не изменилась ли она в размерах. И, наконец, изрек:

– Согласно параграфу тридцать космической декларации ООН – судовладелец, чье судно обнаружило потерявшийся бездокументный груз в открытом космосе, имеет право на получение половины его стоимости и возмещение расходов на его транспортировку, в случае, если грузовладелец объявится. Если не объявится, то груз переходит во владение обнаружившего. В нашем случае – Третьего главка космических перевозок.

– Владелец не объявится, этот груз наверняка потеряли военные. Поэтому и форма у контейнера нестандартная, – заметил Денис.

– Наши военные это потеряли или не наши, в любом случае, по прибытии на Ганимед, мы шепнем на ушко штабу местной базы ВКС. Она тихо подгонит транспортер и заберёт находку без спасибо и пожалуйста. А, вообще, оно мне надо? Сходить с курса, терять время, тратить топливо? Сейчас, извини, не времена дедушки Брежнева. За накрученные лишние километры начальство по головке не погладит. И народный контроль ославит звонким голосом. Я обязан снижать себестоимость перевозок, снижаем – получаем премию; сие должно быть вырублено у каждого члена экипажа на носу.

– Я – только за, Эдуард Леопольдович. За снижение себестоимости. Но вдруг там что-то очень важное. И не поймав эту штуку, мы нанесем большой урон обществу.

Капитан еще несколько раз смерил рубку шагами, только в поперечном направлении.

– Я вот думаю, Денис, что тебя попросили с военного флота именно за такие дельные советы. Тебе и на койке после вахты не лежится, всё норовишь пользу нанести... Ладно, идем забирать бесхозный груз. Ты как, кстати, грузовые манипуляторы левого борта в порядок привел? Ни один сервопривод не заткнется в самый интересный момент?

– Сервоприводы в порядке, товарищ капитан, и все манипуляторы работают, что мои личные руки-ноги, – рапортовал третий помощник Фокин, хотя понимал, что эти штуки, которые по возрасту не младше Эдуарда Леопольдовича, идеально работать не могут.

– Примешь груз в пятый трюм. Всё, Денис, свободен. И, кстати, встретишь Е-Машу, передай, чтоб сообразила для меня кофейку. А то она мои обращения расценивает как ddos-атаки какого-то баклана и все отфуболивает, уже часа три.

– Есть, товарищ капитан. Кофе и непременно бутербродиков.

Настроение у Дениса после разговора, не в пример обычному, оказалось хорошим. Как будто в его скучной жизни могла открыться какая-то новая дверь. Пора наведаться к пятому трюму, а по дороге навестить грузовой такелаж левого борта.

Судно меняло курс – капитан не передумал. Десять ступеней вниз по трапу и перед Денисом открылась центральная шахта. Ускорение было небольшое, на военном корабле он бы сейчас проскочил с ветерком по осевому стрингеру, и за раз накрутил бы сто метров до пятого трюма. А у штатских, понимаешь, техника безопасности, профсоюз надзирает невидимым оком; так что вызывай лифт, жди пока придет, пока дойдет. Иначе товарищеский суд чести.

Вот на ловца и зверь бежит – буфетчица во всей своей андроидной красе; катит палету со съестными припасами на камбуз, поводя боками. И кто её такому научил?

– Куда направляешься, красавица?

– Да будет вам, вы ж меня красивой не считаете, Денис Андреевич, я для вас машина.

– Иная машина и покраше иного человека будет. У тебя как-никак тридцать пять видов улыбки, семь видов стреляния глазами и двадцать способов вихляния кормовой частью. Да, кстати, Е-Машенька, не забудь сеньору адмиралу кофе и бутерброды принести на мостик, с улыбочкой пообольстительнее. А то он чего-то не может до тебя дозвониться.

– Я на него обиделась. Никогда ни здравствуйте, ни до свиданья. А я, между прочим, половину улыбок, стреляний и прочего сама выдумала. Их в стандартных библиотеках функций вовсе нет.