Бес специального назначения

Пентаграмма под моими копытами, вспыхнув последний раз, рассыпалась снопом желтых искр.

— Вызывали? — вежливо осведомился я, разгоняя ладошкой облако серного дыма. — Здравствуйте, вас приветствует преисподняя в лице беса оперативного сотрудника Адольфа! Позвольте… тьфу, дыма-то… Позвольте поблагодарить вас за то, что вы решили воспользоваться услугами именно нашей организации, и выразить…

Я даже договорить не успел, оглушенный истошными воплями, разорвавшими серное облако в тонкие нити:

— Спасите! Погибаю! Караул! На помо-ощь!!! Вот всегда так: прибудешь на место назначения, а потенциальный клиент, вместо того чтобы радушно усадить за стол и, угощая чаем, спокойно обсудить нюансы предлагаемого задания, начинает нервничать, рвать на себе волосы во всех мыслимых местах, хватать за грудки — мол, начинай немедленно действовать и нечего тут рассусоливать. Я, конечно, бес, но и меня человеческие отношения между работодателем и исполнителем радуют. Да только когда я их видел-то, человеческие отношения?.. Вот вам, пожалуйста, — о каком чае может идти речь, когда клиент прыгает по усыпанной разнокалиберными осколками, обломками и ошметками кухне, брызжет слюной и визжит, как застрявшая под забором свиноматка?

— Без паники, — проговорил я, вытащив из-за ремня и нацепив на голову бейсболку. — Уточните для начала: кого спасать, от кого спасать и что вообще происходит?

— Меня спасать!!! Меня! Скорее!

Призывая себя к спокойствию, я трижды мысленно повторил формулу: «Клиент всегда прав». Почему мне последнее время так с клиентами не везет, а? Я еще после предыдущей командировки не очухался. Гамбургский алхимик, представьте себе, вознамерился обойти в профессиональном плане конкурентов по ремеслу и обратился за помощью в нашу контору. Работа есть работа. Я явился по вызову, ни сном ни духом не предполагая, что этот дурак умудрится начертить огненную пентаграмму посреди собственной лаборатории. Нормально? Эффект моего появления в лаборатории можно было сравнить со взрывом петарды на складе горюче-смазочных материалов. В общем, никакого диалога у нас не получилось. Бестолковый алхимик, излечившись от множественных химических ожогов и тяжелейшего нервного потрясения, прикрыл лавочку и подался в монастырь, а я получил от начальства жуткий нагоняй вкупе с тремя годами гауптвахты за разбазаривание кадров. Строго у нас. Знаете, что такое гауптвахта в преисподней? Три года — это еще что. Мой коллега и непосредственный начальник бес Филимон схлопотал целых десять, причем усиленного режима, да одиночки. А за что — непонятно. В Канцелярии молчат, у нас в отделе и подавно. Тайна.

А теперь этот тип… На вид вроде бы — нормальный интеллигентный человек. Седоватый, лысоватый, полноватый. Был бы даже похож на заслуженного шко-льного учителя, если бы не бился головой о газовую плиту, не топал босыми ногами и не орал так мерзко: — Больше не могу! Не могу так больше! Спасите меня! Помогите!

— Подпишите договор сначала, — предложил я, щелчком пальцев заставив выпорхнуть из моего кармана и зависнуть в воздухе бумажный лист договора (фокус абсолютно ненужный и даже глупый, но по инструкции полагается — как элемент пиара в предварительной беседе с клиентом). — Подпишите договор, а уж потом начнем по порядку…

— На помощь!!! — не обращая внимания на договор, вопил тип. — Скорее!

Нет, он совсем какой-то невменяемый. И чего так орать? Я огляделся. Разгром, конечно, жуткий, но ни под столом, ни в шкафчиках никто не прячется. На водопроводном кране сидит, правда, упитанный таракан и заинтересованно пошевеливает усиками, да ведь не из-за таракана же клиент обратился в нашу контору?

— Помогите! Спасите!

— От кого?

— От… от… — Округлив глаза, тип тыкал дрожащим пальцем в таракана на никелированной дуге крана. — На помощь!

Водопроводный кран чихнул, извергнув струю мутно-коричневой жидкости. В раковине, мгновенно наполнившейся, что-то булькнуло. Кран захрипел и затрясся, как в припадке, выплевывая грязную жижу, в раковине забурлил миниатюрный водоворот. Насекомое поспешно ретировалось, а клиент рухнул ничком, распластав по грязному линолеуму полы халата, словно подбитая птица — крылья.

— Раковина… раковина… — забормотал он.

— Что раковина?

— Раковина… Спаси!

— Хорошо живете, гражданин! — возмутился я. — Раковина у него засорилась, так сразу в преисподнюю обращаться? Неужели в ЖЭК дозвониться труднее? Я — бес оперативный сотрудник, мне такими пустяками, как неисправная сантехника, не по рангу заниматься…

— Умоляю… — под утробный водопроводный рев простонал тип. — Скорее… Сделайте же хоть что-нибудь!