Белый орк

Альберт достал из кармана алого камзола платок и вытер потное лицо. Великая степь Марганар в середине августа — не самое лучшее место для путешествий. И дело даже не в страшной жаре и кровожадных слепнях. Куда опаснее кровожадные орки, раздробленные общины которых поселились в степи после Первой войны.

Впрочем, Альберт не особо переживал насчет зеленокожих кочевников. Карету сопровождал отряд первоклассных имперских гвардейцев, да и сам дипломат неплохо владел мечом. Более того, получив как следует по клыкастым мордам, орки перестали бесчинствовать и в последнее время предпочитают брать откуп золотом, а не жизнями ненавистных людей. Специально для этого под скамейкой Альберта позванивал на ухабах увесистый сундучок, полный драгоценного металла.

Отец Альберта, достопочтимый профессор Орлан Шайн, частенько говаривал: если часто о чем-то думаешь, это обязательно случится. Возможно, именно таким ненавязчивым способом всякие пифии и предсказатели видели недалекое будущее. Ранее Альберт не замечал за собой подобного дара, но в тот день с самого утра его мысли были поглощены степными варварами. Как оказалось — неспроста.

В окошко кареты постучались. Отодвинув заслонку, Альберт увидел красное покрытое испариной лицо капитана гвардейцев. Дипломат успел пожалеть бедолагу: каково ему под палящими лучами, да еще в латном доспехе. Капитан нервно поклонился, скорее даже кивнул, и доложил:

— Господин, орки на горизонте. Скачут в нашу сторону.

Сердце пропустило удар, затем мотнулось вперед испуганной ланью. Этого еще не хватало.

— Сколько?

— Не меньше сорока. Все вооружены.

Альберт мысленно хмыкнул. Еще бы. Кто вообще видел орка без оружия?

— Прикажите солдатам готовиться к бою. Но первыми не нападать, это ясно? Решим вопрос миром или откупимся. Терять груз никак нельзя.

У отряда имелось серьезное преимущество в скорости: орки, будучи гораздо крупнее и массивнее людей, не могли ездить на лошадях, а степные бизоны были куда менее расторопные, чем имперские скакуны. Но вот выносливости рогатым тварям словно сам бог отмерил. Если карета и оторвется, то лишь на жалкие минуты, а орки сильно свирепеют, если приходится долго гнать добычу.

Альберт приказал вознице остановиться — от судьбы один черт не убежишь. Сразу после остановки послышался глухой шлепок и удаляющийся топот. Вскоре к нему присоединились еще несколько. Шайн-младший схватил меч и выскочил наружу. От знаменитого непобедимого отряда осталась в лучшем случае половина, и та уже повернула лошадей в противоположную оркам сторону.

— Капитан, не смейте! Груз должен быть доставлен по назначению, это вопрос жизни и смерти!

Земля под ногами дрожала от десятков копыт громадных черных зверей. По мере приближения кочевников дрожь становилась сильнее и отчетливее. Это стало последней каплей, и конники рванули врассыпную, побросав копья и знамена. Альберт остался один на один с шайкой свирепых разбойников. И что-то подсказывало ему: пытаться откупиться в подобных условиях — дело бесполезное.

Варвары окружили карету. Злобные, с выпирающими из-под верхних губ кабаньими клыками, в кожаных обмотках, которые с большим трудом можно назвать одеждой.

Вперед выехал здоровенный варвар, разукрашенный белой краской с ног до головы — черточки и закорючки переплетались в мистические узоры, ведомые одним лишь шаманам. Копна нестриженных черных волос обрамляла скуластое лицо с массивной челюстью. Судя по многочисленным шрамам и дорогому, явно трофейному оружию, это был вожак общины.

— Ты, — рыкнул он, указав на Альберта пальцем. — Пошел вон. Груз теперь наш.

— Послушайте, — как можно спокойнее произнес дипломат, обратив к орку ладони. — Мы перевозим предметы старины: статуэтки, картины, музыкальные инструменты давно ушедшей эпохи. Уверяю вас, там нет ничего ценного. Но если вы оставите карету в покое, получите денежное вознаграждение. Компенсацию, так сказать.

Орк шумно выдохнул — ну точно бык, увидевший красную тряпку.

— Я Горрак Каменное Сердце, и я получу все, что захочу. И золото, и предметы. А теперь пошел вон, вслед за трусливыми собаками в блестящем железе. Иначе я убью тебя.

Альберт вздрогнул как от удара хлыстом. Вернуться домой — значит не только сложить голову на плахе, но и покрыть весь род несмываемым позором. Такого себе Шайн позволить никак не мог. Уж лучше погибнуть с честью в богом забытой степи, чем на глазах отца и всей столицы.

Не долго думая, дипломат выхватил меч и направил острие на орка. На секунду суровое изуродованное рубцами лицо осенила тень удивления, а затем вожак утробно расхохотался. Но сидящие вокруг него товарищи не спешили опускать туго натянутые луки.

— Стоит мне махнуть рукой, и ты станешь похож на пустынного дикобраза. Говорю тебе последний раз — вали отсюда покуда цел.

Альберт сумел выдавить из себя лишь одно слово:

— Нет.

— Да ты никак обезумел от страха, маленький человек! Хорошо, я принимаю твой вызов. Но чтобы духи предков не обвинили меня в бесчестии, драться с тобой будет не взрослый орк. Тарша, иди сюда!