Белые и пушистые, как котята

* Мы – белые и пушистые. Как котята. И вчера нас было десять. По замерзающим снежным горам сквозь пургу, холод и мрак мы несём людям свет и тепло.

Мы – боевая группа спецназа Космических Сил, последний и самый веский аргумент цивилизации Востока в споре с цивилизацией Запада. Теперь наш черёд сделать ход в глобальной игре противостояния, ибо свои последние доводы противник уже предъявил. Пурга, холод, мрак и трёхметровые сугробы поверх двухметрового льда в середине лета – результат воздействия его климатического оружия. Если мы не ответим, мрак и холод навсегда воцарятся на нашей половине планеты. Полярные льды, прикрываясь тьмой, затянут землю и выстудят жизнь на ней на многие тысячелетия. Поганый враг наивно полагает переждать это гиблое время в комфортных условиях незатронутых стужей тропиков, злорадно наблюдая за впадающими в смертельный сон народами Восточных стран. Но злу не уйти от наказания. Свет и тепло – наш неотразимый ответ. И мы доставим его в срок.

Вчера нас было десять. Офицер и девять солдат. Но зло Запада смогло проникнуть в разум одного из нас.

...Иуда стоит на открытом пространстве, сжимая в поднятой правой руке коммуникатор. Ближе всех, в десяти шагах от него трое бойцов во главе с командиром группы. Такого удара в спину не ожидал никто.

– Опусти руку, солдат, – негромко цедит сквозь зубы Командир.

– Нет. Вы не понимаете! Для всего мира лучше, чтобы мы сейчас проиграли, – Иуда нервно дёргает щекой.

– Ты становишься предателем, солдат. Со всеми вытекающими. Лучше отдай передатчик мне, и мы временно забудем инцидент.

Заведя руку за спину, Командир медленно расстёгивает кобуру лазерного пистолета.

– Вы не понимаете. Мы можем сейчас послужить всему Человечеству, если координаты Пушки уйдут в эфир. Она наверняка будет окончательно выведена из строя, и наши генералы сразу сдадутся. И наступит мир во всём Мире. И больше никогда не будет войн.

– На нашей половине планеты скоро не останется ничего живого, солдат. Если мы не выполним приказ. А через тридцать лет ничего живого не останется и на другой её половине. Это всё, чего ты добьёшься своим предательством.

Рука Командира охватывает рифлёную рукоять пистолета и осторожно тянет его из кобуры.

– Нет! Это не правда! Наши лидеры всё нам врут! Люди запада добрее и цивилизованнее нас. Они никогда не допустят нашей гибели. Они проявят к нам милость победителя. Они...

– Мир не единожды имел возможность убедиться, чем оборачивается «милость» этих «цивилизаторов». Опусти руку пока не поздно, солдат.

– Поздно, я уже всё решил...

Я дальше всех от него и стою боком, поэтому пропускаю сам момент выстрела. Трещит раздираемый лучом лазера воздух и сейчас же дико орёт Иуда – коммуникатор вспыхивает ярким пламенем и падает в снег. Вместе со сжимающей его рукой. Командир отшвыривает лазер и, не обращая больше внимания на орущего предателя, что есть мочи кричит:

– Все врассыпную! Уходить как можно дальше! Зарыться в снег! Затаиться! Ждать...

Больше ничего сказать он не успевает. Мой мозг бессознательно фиксирует четыре(!) мощных лазерных вспышки на месте, где только что стояла наша группа. Удар с орбиты приходится как раз в точку, где произошел энергетический всплеск выстрела. Далее в памяти остаётся только короткий слайд полёта. Удар. Сознание проваливается в чёрную пустоту небытия...

* Мы – белые и пушистые. Как котята. У нас великолепные скафандры из синтетического меха. Нам не страшны ни стужа ледяных ветров, ни зоркие глаза вражеских наблюдателей. Мы – белые призраки замерзающих пространств. После лазерного удара нас осталось трое. Дэн, я и умирающий предатель.

К ночи пурга стихает, и очистившееся от непроглядной дымки небо заполняется тускло мерцающими звёздами. Мы, раскинувшись, лежим в глубоком снегу у вершины сопки и неотрывно смотрим вверх. Мы не шевелимся. Мы неподвижны.

Ветер стих, и несущийся позёмкой снег больше не скрывает наши передвижения. И не стирает за нами предательскую цепочку следов на снегу, видимую даже из ближнего космоса. Мы терпеливо лежим и ждём ухудшения погоды. Время ещё терпит. Если понадобится, мы можем так валяться бесконечно долго. У нас великолепные скафандры – в них не страшна никакая стужа. Без них мы замёрзли бы в считанные минуты. Минус восемьдесят – это не шутка.

Пока есть время можно немного отдохнуть. От нечего делать, мы считаем звёзды. Неподвижные звёзды нас интересуют мало – они не несут угрозы. Опасность исходит от медленно плывущих по небосводу сияющих точек. Сотни и сотни точек плывут в разных направлениях. И ещё десятки тысяч невидимых без усиливающей оптики. Это спутники нашей бедной планеты. Искусственные её сателлиты. Связные, научные, разведывательные, боевые...