Белая Ведьма

Проснуться и не знать – где ты, кто ты, что ты – существо ли с ногами и руками, зверь или хребет огромной рыбы – согласитесь, это странное пробуждение.

Но через некоторое время, распрямившись в темноте, я начала открывать самое себя и осознала: я – женщина.

Со всех сторон меня окружали тьма и беззвучие.

В ноздри лез застоявшийся горький запах, ладони осязали шершавую коросту скалы. Я выползла из ниши и нашла место, где можно было встать во весь рост. Странное дело: вопрос о том, не слепа ли я, не занимал меня.

Я двигалась ощупью по проходу; было холодно, но не чувствовалось ни малейшего движения воздуха. Моя стопа с силой ударилась о препятствие, я опустилась на колени и осторожно дотронулась до него. Ступенька, а за ней другие ступеньки, грубо высеченные в скале и почти не истоптанные. Внезапно пришли на память другие лестницы из гладкого белого материала с прожилками, скользкие как стекло, с глубокими выемками посередине ступенек от бесконечного хождения бесчисленных ног – вверх-вниз, вверх-вниз… Осторожно и все так же на ощупь я поднялась по ступенькам. Считать их мне не пришло в голову, но их было много – сотня по меньшей мере. А затем – ровное плоское пространство без ступенек. Обрадовавшись, что лестница кончилась, я по глупости ускорила шаг, но тут же была наказана за это. Внезапно площадка оборвалась – и я закачалась на краю невидимой пропасти, словно танцовщица, а затем отпрянула назад и спаслась. Сорвавшиеся камни упали в бездну. Я долго слышала их грохот по отвесной скалы.

Мною овладел ужас. Как я могу идти дальше, ничего не видя? Следующая ошибка будет роковой, а я знала – еще не ведая, кто я – что моя жизнь важна для меня. И еще я чувствовала злое противостояние некой силы, которая затеяла неравную битву со мной в кромешной тьме. Эта сила возбуждала во мне страх и ненависть.

Встав на четвереньки, я медленно двинулась вперед, по левую сторону пропасти. Мгновение спустя моя вытянутая рука повисла в пустоте. Я повернула назад, двигаясь направо – там ждал меня третий угол бездны. Ярость охватила меня. Я пронзительно выкрикнула во тьму проклятье – и эхо раскатами вторило мне, повторяясь до тех пор, пока я не решила, что скала дробится на части.

Куда теперь?

Наверное, некуда.

Я легла на скальный карниз и заплакала а потом снова свернулась в клубок, как животное или зародыш – и уснула.

Таков был конец моего первого пробуждения.

Во второй раз было лучше. Первоначальный сон не был обычным сном, а этот им был, и я проснулась с иным осознанием обстановки.

Я рассудила во тьме, что если лестница кончалась ничем, то мне придется спуститься по ней обратно в проход, и вернуться тем же путем, каким пришла накануне, пока не найду какой-то другой путь. Мне тогда впервые пришло в голову, что я ищу путь на поверхность – я инстинктивно знала, что нахожусь под землей.

Когда я ползла обратно к лестнице, мои ладони, а затем и колени наткнулись на квадратное углубление в камне. Я ощупала его и обнаружила щель. Должно быть, это дверь. Но пока я пыталась найти какой-то способ открыть ее, она внезапно ушла в паз. Я оказалась повисшей над еще одной неведомой пропастью, по-прежнему в абсолютной мгле, цепляясь и скользя кончиками пальцев по гладкому краю двери. Никакой надежды удержаться не было. Мои пальцы разжались, и я упала. Думала, что тут и делу конец, но падать пришлось не очень далеко. Я ударилась о каменный пол и покатилась, достаточно расслабившись, чтобы не причинить себе никакого вреда. Я медленно повернулась кругом, и теперь вдали, в конце того, что казалось еще одним длинным проходом, виднелся слабый-преслабый отблеск света. Притягиваемая этим светом, я быстро, почти бегом, направилась к нему.

Теперь я разглядела смутные очертания каменных стен и блестевшие в них мелкие прожилки. Проход все извивался и извивался, а свечение делалось все гуще и кровавей. Затем я внезапно завернула за угол и вскинула руки, чтобы защитить глаза.

Свет был таким же слепящим, как и тьма, но вскоре я смогла вытереть слезы и оглядеться.

Я стояла в огромной пещере, освещенной только в центре ее, где огромная грубо высеченная чаша, по меньшей мере шести футов диаметром, извергала непрерывный вихрь красно-золотого пламени. А за этим огнем новая лестница вела к узкой двери высоко в стене. В остальном пещера казалась ничем не примечательной и пустой.

Та узкая дверь была почему-то важна для меня, и я знала, что должна добраться до нее.