Байки из дворца Джаббы Хатта-18: Такой вот замечательный барв (История Бобы Фетто)

С годами он научился распознавать определенные вещи. Когда сознание вернулось к нему в первый раз, он понял, что находится на поверхности планеты. Искусственная гравитация мерцает на границе ощущений; как бы ни были хороши компенсаторы, корабль с работающими маршевыми двигателями вибрирует. И гравитацию, обеспечиваемую инерционным эффектом, тренированный человек обычно сразу распознает.

Но — вот и все, что он знал, когда голос, донесшийся до него из тьмы, произнес: Ты — ~ Боба Фетт.

Он запрокинул голову и уставился…

… в никуда.

Потянулся за оружием — и не смог пошевелиться. Руки и ноги были крепко привязаны… к чему? Он висел посреди мрака, не касаясь земли.

Он вновь услышал отдаленный шум, теперь уже ближе, Голова его была свободна, но ощущала привычную тяжесть шлема. Остальное же тело как будто завернули во что-то…

Он активировал макробинокуляры шлема.

Ты — Боба Фетт.

Сенсоры тоже ничего особенного не показали — — во всем спектре от инфракрасных частот до ультрафиолетовых. Только необычное. Стена какого-то туннеля, не из камня, не камень, не глина, не какой другой искусственный материал, — что-то мягкое, податливое, словно губка, упругое. Как будто стена выросла. Он сумел повернуть голову настолько, чтобы увидеть, что в нескольких метрах справа и слева туннель резко поворачивал.

Крики вдали.

Свист.

После долгой паузы чей-то голос спросил с любопытством: Ты — Боба Фетт?

Все обрушилось разом: Татуин, баржа Джаб-бы, мальчишка Скайуокер и Соло, удар о борт, песок… и ужас, затмивший собой остальные мысли, когда он понял, где находится. В желудке сарлакка…

Медленно переваривающийся обед.

Все, кто многие годы имел дело с Феттом, считали, что он начисто лишен эмоций и ощущений. Они практически не ошибались. Так оно и было.

Хотя, покидая Беспин, он испытывал к капитану Соло вполне теплые чувства. Не поймите неправильно, это не были чувства к человеку. В конце концов редко когда удавалось получить двойную оплату за одну добычу. Вейдер заплатил хорошо, хатт — заплатит тоже.

Джабба пообещал сотню тысяч кредиток. Хорошая сумма, хотя Боба Фетт получал и больше. За пирата Фелдралла Окора — сто пятьдесят тысяч. За Нивек'Иппикса, еретика ффиба, бежавшего с родного Лоранса от религиозной олигархии, контролировавшей этот мир, — полмиллиона, такое не забывается.

Религия Фетта не волновала, слишком напоминала о молодости. Платили жрецы хорошо, и их «правонарушители» всегда были умны, но любили поговорить и редко стреляли в ответ.

Цена за кореллианского шкипера будет выше, чем предполагает Джабба. Фетт пока не представлял, каким образом растрясет прижимистого хат-та, но слабые стороны есть у всех. А Джабба, помимо всего прочего, коллекционер.

Хэн Соло, заключенный в карбонит, гораздо ценнее, чем просто Хэн Соло — — живой или мертвый.

Раз ничем нельзя заглушить неприятное ощущение от того, что кореллианина ему просто вручили, словно подарок, может быть, хорошая сумма денег успокоит его? В сумме получалось больше, чем за дурака Иппикса.

Фетт спал, сидя в пилотском кресле (постель не самая удобная, но гораздо уютнее многих, какие ему доводилось видеть), пока «Раб-1» совершал последний прыжок к Татуину.

Гиперпространство было единственным местом, где он чувствовал себя настолько безопасно, что осмеливался крепко спать. Снов он не видел, по крайней мере он не помнил, чтобы ему что-то снилось; его сон был спокоен и глубок. Сон честного человека. Сторонний наблюдатель мог назвать это сном праведника.

Фетт проснулся незадолго до перехода на субсветовую скорость. Его ничто не разбудило; он решил проснуться в определенное время — он проснулся. Просмотрел показания приборов на контрольной панели. Похоже, все было в порядке.

Мгновением позже гиперпространственный туннель развернулся в звездное небо. И тут же заныла сирена.

Плохие новости, и Боба Фетт воспринял их, учитывая обстоятельства, спокойно. Кто-то установил на корабль маячок и прослушивал его частоту, чтобы узнать, когда «Раб-1» войдет в систему. Умозаключение было мгновенным и абсолютно верным: коллега-охотник, позарившийся на чужую добычу. Корабль достаточно долго оставался без присмотра в Облачном городе. Фетт включил автопилот и рысью помчался на нижнюю палубу.