Бас

Положительный.

Я перечитала инструкцию, делая всё возможное, чтобы разгладить складки на бумаге одной рукой. Две полоски — это положительный. Нет, невозможно. Мой взгляд метался туда-сюда между двумя полосками, желая, чтобы одна из них исчезла. Я потрясла тестом и покрутила им и так, и этак. Я всё смотрела и смотрела, но как и в первый раз, когда я сидела возле раковины, результат оставался тем же.

Положительный.

Я беременна.

— Чёрт.

Слово эхом разнеслось по маленькой ванной комнате, отскакивая от стен из белой плитки, и ударяясь о мою голову. Это дерьмо не должно было случиться. Я не нарушала законы и не имела дело с наркотиками. Не после ухода отца. Я усердно училась ради получения степени по психологии и вела себя хорошо. В большинстве случаев. Но эти прямые розовые полоски уверенно и гордо расположились в центре маленького окошка в тесте на беременность, насмехаясь надо мной; доказательство было бесспорным, даже когда я щурила или закрывала свои глаза.

— Чёрт.

Я в роли мамы. Нет.

Что, чёрт побери, мне теперь делать?

Я присела на край ванны в простом чёрном белье, вся покрытая мурашками. Снаружи голая ветка покачивалась, то появляясь, то исчезая, подбрасываемая ветром. За ней виднелась бесконечная серость февральского неба Портленда. К чёрту всё. Все мои планы и мечты, вся моя жизнь изменилась по показаниям этой тупой пластиковой палочки. Мне только двадцать один, ради всего святого, у меня даже нет отношений.

Бен.

Боже. Мы едва ли разговаривали в последнее время благодаря мне, так как я делала всё возможное, чтобы избежать любой ситуации, где он мог бы присутствовать. С тех пор, как я выгнала его из своего гостиничного номера в Вегасе без штанов, все было немного неловким. Я с ним покончила. Конец. Капут.

Моя матка, по-видимому, была не согласна.

У нас один раз был секс. Один раз. Секрет, который я собиралась унести с собой в могилу. Он обещал никому не говорить. Но всё же, его пенис вошёл в мою вагину только один раз, и я видела, как он надевал презерватив, мать вашу. Я лежала на огромной кровати, дрожа от возбуждения, и он вроде как улыбался. Теплота в его глазах, нежность. Учитывая очевидную напряжённость его большого тела, это казалась таким странным и всё же удивительным. Никто и никогда не смотрел на меня так, как будто я была всем в этом мире.

От воспоминаний мою грудь наполнило непрошенное тепло. Прошло так много времени с тех пор, как я думала о нём с чем-то кроме «брр».

В любом случае, похоже, кто-то прогулял свою смену на заводе контрацептивов и вот оно. Беременность. Я уставилась невидящим взглядом на свои узкие джинсы, которые валялись на полу. Конечно, они были впору. Я могла застегнуть молнию до середины, и пуговка уже была не нужна. Давление, которое они создавали моему животу, было таким, с которым не пошевелишься.

Всё менялось очень быстро. Я менялась.

Как правило, меня разносило больше сзади, нежели впереди. Но впервые в жизни, у меня реально появились задатки груди. Буфера недостаточные, чтобы получить работу среди девчонок в «Хутерс»[1], но всё же. И как бы сильно мне хотелось верить, что Бог в итоге ответил на мои подростковые молитвы, когда подытоживаешь все доказательства, то становится не очень весело. Человечек рос внутри меня. Маленькая малышка фасолинка, которая имела частички меня и его.

Ошеломительно.

Впрочем, в списке моих проблем было то, что же мне сегодня надеть. Если бы только я могла отмазаться от этого. Он там будет, все два метра мужественной рок-звезды. Только от мысли, что я его увижу, меня выворачивало наизнанку, и я начинала нервничать. Мой желудок перевернулся, по телу прокатилась волна тошноты. Меня сразу же затошнило, наполняя горло, и меня вырвало. Я только один раз смогла сделать это в туалете вовремя, чтобы успеть потерять то немногое, что у меня было на ланч. Два Орео и половина банана, уходили, уходили… в спешке.

Фу.

Я громко застонала и вытерла рот тыльной стороной руки, смыла воду в унитазе и, шатаясь, заковыляла к раковине. Вау. Девушка в зеркале выглядела потрясающе дерьмово: лицо слишком бледное и длинные светлые волосы висели всклокоченными мокрыми прядями. Какая там горячая штучка. Я не могла даже собраться, чтобы посмотреть себе же в глаза.

Я уронила тест на беременности и даже не поняла, что сделала это, пока не встала на него. Моя пятка надавила, измельчая его. Пластик треснул и раскололся, звук был странно приятным. Я просто наступала на него снова и снова, топча ублюдка, вдалбливая его в потёртый деревянный пол. Боже, да, мне стало лучше. Первый тест постигла та же учесть. Я не останавливалась до тех пор, пока не начала задыхаться, и только обломки остались на полу. Так было гораздо лучше.

Итак, я залетела от рок-звезды.

Подумаешь.

Глубокий вдох. Хорошо.