Barlow&Otto. Гномы

Бостон, штат Массачусетс. Двадцать третье декабря.

Мы прилетели навестить родителей и сестёр Джона ещё вчера утром. Он сам предложил праздновать Рождество в Бостоне, но до сих пор откладывает визит к семье. Мы остановились в небольшой гостинице. Такое чувство, что Барлоу специально выбрал жильё подальше от родительского дома.

Джон последние несколько недель сам на себя не похож. Он такой нервный и постоянно прячет свою сумку куда-нибудь под кровать или запихивает в самый дальний угол шкафа. Боится, что я найду свой подарок.

Ему часто звонит Нил Герреро. Чаще, чем обычно. Такое сложно не заметить – после нашей с Джоном поездки в Германию, Нил предпочитает появляться только на выходные и звонит по пятницам, чтобы предупредить о своём визите. Похоже, Барлоу очень нервничает перед встречей с родителями. Или это из-за того, что я буду с ним?

Я проснулась раньше. Джон ещё сопит в подушку с хмурым выражением лица. Не знаю, что ему снится, но он часто вертится и что-то бубнит.

Хочется есть, выпить кофе и незаметно улизнуть от Джона. Я до сих пор не купила ему подарок! Так была занята новым сценарием, что немного свободного времени оставалось только на сон и душ.

Я быстро умылась, оделась и вышла из номера. По узкому коридорчику мимо меня прошли двое парней в красных вязанных шапках с помпонами.

– Доброе утро! – улыбчиво поздоровались они.

– Доброе утро! – машинально кивнула я.

Молодые люди похожи как близнецы. Думаю, они братья и тоже приехали навестить семью. В их руках по большому пакету, доверху набитому коробками в разноцветных обёртках, а на плечах братьев рюкзаки.

Я вышла на улицу и не сразу поняла, что происходит. Ещё вчера улицы города были чистыми, без единого намёка на снег. За эту ночь, по-моему, снега выпало за все прошедшие три недели декабря. Снегоуборочные машины едва справляются с осадками, с трудом расталкивая белоснежные горы по обочинам с проезжей части.

Небольшое табло у входа в гостиницу показывает время и температуру на улице. Сейчас половина девятого утра, девятнадцать градусов по Фаренгейту1, ветрено. Сегодня ожидается сильный снегопад. Надеюсь, я успею вернуться до того, как превращусь в снеговика или ледышку. После теплой погоды, когда можно ходить по улице в одной футболке, даже девятнадцать градусов – уже слишком холодно.

Натянув перчатки, я пошла вверх по улице. После солнечного и вечно летнего Лос-Анджелеса, Бостон кажется настоящим Северным полюсом! Водолазка, свитер и куртка спасают от ветра, но я всё равно дрожу от холода.

Запах кофе и свежей выпечки разносится на десятки метров от кондитерской. Желудок урчит от голода. Видимо, сначала придётся что-нибудь перехватить, а потом продолжить поиски идеального подарка на Рождество для Джона. Может, от горячего кофе ещё и согреюсь.

После завтрака двигаться стало намного проще и веселее.

Прошёл час, как я брожу от магазина к магазину. Устала и расстроилась. Не думала, что будет так сложно найти подарок на Рождество. Я хорошо знаю Джона и, к сожалению, понимаю: всё то, что мне попалось сегодня из предполагаемых вариантов он с радостью примет, но быстро сунет куда-нибудь в кладовку и забудет.

Это наше первое Рождество, которое мы проведём по-настоящему вместе, поэтому я хочу, чтобы всё было идеально. Желательно, без злых духов из легенд и народных приданий, без жутких домов, в которых живут призраки, без крошечных городков, чьи жители поклоняются демону. Я очень хочу, чтобы это Рождество было по-настоящему светлым и оттого волшебным.

Подарок я так и не нашла. Уже одиннадцать, наверное, стоит возвращаться к Джону. Я свернула направо на перекрёстке и пошла другим маршрутом.

Одни сплошные жилые дома. Все такие нарядные и красивые. Улицы, как ни странно, пустуют. Даже детей не видно! Странно, я думала, внезапный снегопад заставит выйти на улицу даже самого ленивого и домашнего ребёнка, чтобы вместе с друзьями или братьями и сёстрами слепить снеговиков.

Я снова вздохнула. Возвращаться без подарка совсем не хочется, да и праздничное настроение из-за этого пустяка стало потихоньку улетучиваться.

Снег покрыл собой абсолютно всё. Улица похожа на белый, чистый холст, и лишь изредка на нём мелькают верхушки тёмных крыш и голых веток деревьев. Облака всех оттенков серого затянули небо. Солнце тоже скрылось. Вот-вот начнётся снегопад, о котором я слышала, когда уходила из гостиницы.

Настроение упало совсем куда-то вниз и потерялось в снегах.

Я прошла мимо огромного сугроба. Скорее всего, это чья-то большая машина прячется в снежной куче, но пока она похожа на огромный сугроб, но никак не на автомобиль. Сразу же за ней на белоснежном фоне красивого дома я заметила небольшой чёрный стол на тонких ножках с парой картонных коробок.

К ножкам приставлена табличка с надписью «Распродажа». Внутри затеплилась надежда найти что-то стоящее.

Я подошла ближе. Всего три коробки, наполненные разными безделушками, и круглая жестяная банка с прорезью в крышке. Как копилка.