Бантик мира[СИ]

1

— Ну, давайте посмотрим, что у нас было за эту неделю… — почти благодушно проговорили Анна Семеновна.

— Давайте… — нервно прошептала Галина Николаевна.

— Тэкс… Понедельник. Драка с Геной Никишиным. Вторник. Две драки. Обе — с Игорем Метелкиным. Первый раз, на перемене, им не удалось выяснить, кто круче, поэтому они после школы продолжили.

Галина Николаевна прерывисто вздохнула.

— Среда. Две драки. Первая, вновь с излюбленным, так сказать, соперником, Геной Никишиным. «И вечный бой, покой нам только снится!..» В таком духе. Вторая — с Ярославом Скорых. В общем, и этот день был прожит не зря!..

Анна Семеновна бросила быстрый взгляд на Галину Николаевну. Та лишь вздохнула в ответ, чувствуя, как ее лицо становится горячим.

Анна Семеновна продолжила:

— Четверг. Драка с Яной Карельцевой. Пятница. Драка с Яной Карельцевой.

— Подождите! — воскликнула Галина Николаевна. — Они же с Яной лучшие друзья! С детского садика! Она и живет в нашем подъезде, на третьем этаже. И в четверг и пятницу они у нас дома вместе делали уроки! Все было очень мило…

— Ничего странного. — развела руками Анна Семеновна. — В школе подрались, к вечеру помирились. На следующий день опять подрались, потом опять помирились. Вообще умные дети, должна заметить. Предпочитают свою агрессию оставлять в школе. А домой приходят опять тихие, опять скромные…

Анна Семеновна поверх очков взглянула на Галину Николаевну.

Галина Николаевна покраснела еще сильнее.

— Но меня это, знаете ли, не устраивает! — сказала Анна Семеновна, отодвигая в сторону записную книжку. — Это неправильно!

— А как правильно? — осмелилась спросить Галина Николаевна. — Чтобы они дрались дома, а тихие и скромные приходили в школу?..

— Нет, этот вариант меня тоже не устраивает. Агрессии не должно быть нигде! Ни дома, ни в школе.

— А разве это возможно?..

— Разумеется, возможно! Мы ведь люди, а не дикие звери какие-нибудь. Нужен просто правильный баланс.

— Между чем и чем?..

— Между инь и ян.

Галина Николаевна вытаращила глаза на Анну Семеновну.

— Что вы так удивляетесь? — спокойно сказала та. — Дело тут именно в этом! Уже давно доказано, что мужское и женское начала всегда присутствуют и в мужчинах, и в женщинах. Все определяет их правильное соотношение.

— И как же его добиться?..

— Есть один способ. Необычный, должна признаться. Но действенный!..

2

— Платье?! — завопил Женя. — Мне надеть платье?! Ни за что! Я тебе не девчонка!

— А никто и не говорит, что ты девчонка. Но платье тебе поможет кое-что поправить в характере. Внесет в него гармоническую струю! — твердо заявила Галина Николаевна.

— Ни за что! — высокомерно заявил Женя, становясь в позу Наполеона.

— Ну, тогда придется тебе покинуть и эту школу. — вздохнула Галина Николаевна. — Мы уже много школ поменяли, одной больше, одной меньше… Подумаешь, проблема. Да, Женечка?..

Двенадцатилетний Женя посмотрел на маму с подозрением.

— Я не хочу уходить из этой школы. — шмыгнув носом, сознался он.

— Почему?

— Ну… Мне тут нравится! Классная школа. И Анна Семеновна просто супер.

— Ага. Вот как. Ну тогда вопрос стоит следующим образом: или ты идешь завтра в школу в платье, как примерная девочка, или в штанах, как обыкновенный мальчик. Но уже в какую-то другую школу.

— А другие варианты есть? — пробормотал Женя.

— Увы… Нету! — развела руками Галина Николаевна.

— Меня же все засмеют! — трагическим тоном прошептал Женя.

— Ничего подобного. В этой школе никто ни над кем не смеется. В смысле, не издевается. Прямо поражаюсь, как Анне Семеновне удалось этого добиться… И вообще, все зависит от того, как ты себя поведешь. Или ты просто боишься?..

— Чего это я боюсь? Платья что ли? Ничего я не боюсь!

— Ну, в таком случае давай переоденемся?

И Галина Николаевна вынула из шкафа ярко-красное платье в белый горох.

Увидев платье, Женя открыл рот.

— А… А зачем мне сейчас переодеваться? — пробормотал он.

— Для тренировки. Чтобы освоиться в новой одежде. А вот это надо надеть под платье!

И Галина Николаевна продемонстрировала сыну нарядные трусики, подшитые оборками

Женя нервно глотнул.

— Снимай штаны! — скомандовала, не теряя времени, Галина Николаевна.

Женя замялся.

— Ну? — строго взглянула на него Галина Николаевна.

Женя покраснел.

— Что, прямо при тебе?

— А ты что, меня стесняешься, что ли? Можно подумать, я тебя родила в одежде!..

— Ну мам… Ты хоть отвернись!..

— Ладно. Сегодня, в виде исключения, отвернусь.

Галина Николаевна протянула сыну трусики.

— Надевать вот так, цветочками вперед.

И Галина Николаевна отвернулась к двери, слушая, как позади нее шуршит одежда.

— Я… это… Я их надел… — просипел, наконец, Женя.

Галина Николаевна повернулась.

Мальчишеская одежда Жени лежала горкой на стуле, а он сам стоял в одних бело-розовых трусиках, красный, как рак.

Галина Николаевна улыбнулась.

— Ты зря смущаешься. — сказала она. — В этих трусиках ты выглядишь очень мило. Резинки не жмут?

— Нет…

— Ну тогда ручки вверх, наденем нижнюю сорочку. Замечательно. Какая тонкая ткань, какая приятная, правда?