Банк. Том 2

Первая неделя осени обычно сопровождается грустью школьников, которым снова приходится начинать учиться. Так же вначале было и с Машей, плохое настроение которой усиливалось разлукой с Серегой. Однако, от того, что он звонил ей каждый день, ее настрой улучшился, да и помощь, полученная летом, изрядно помогала ей в учебе. Серега же разрывался между тоской и учебой. За последнюю он взялся двумя руками и как следует. К счастью, Сергей сумел договориться на выполнение лабораторок в первую смену пятницы, что позволяло ему выезжать пораньше, пока дачные пробки на выезде из Москвы не усиливались до полнейшего, но тем не менее, обычного пятничного безобразия. К тому же… пробки скоро закончатся, наступит зима и добираться в райцентр станет намного проще. А тем, кто уже не учится, осень обычно не приносит особых изменений. Все продолжали заниматься своими делами, в райцентре Юрка вовсю пил водку на выдаваемые Еленой деньги, в Японии Онода-Сенсей успешно завершал ликвидацию последствий устроенной им же самим неприятности, в Благовещенске молодожены купили квартиру, по иронии судьбы, в том же самом квартале, в котором они «немного пошалили» с почтовыми ящиками… И даже в Москве, где всегда происходило и происходит очень много разнообразных событий, все как-то до поры до времени успокоилось. Эти самые события ухитрились непонятно как, но накатать себе колею, начали двигаться по заранее намеченному маршруту и становиться рутиной. Если бы Николаю Старостенко недели три назад кто-то сказал, что он практически не будет нервничать при получении отчетов о встречах сотрудников с разведкой конкурентов, он бы эдакому дуралею в глаза плюнул! А вот, поди ж ты… Напряжение, конечно, оставалось, но если сравнить его с событиями первых дней — на комариный укус и то не тянет… Так же обычно Николай посвящал 15–30 минут в день разнообразным поискам оригинала плана реорганизации в Интернете, но ничего не находил. Милиция уже привычно сидела на стреме в ожидании условного сигнала для поимки обдуривших приемный банкомат жуликов, но сигнал все не приходил и не приходил. У иного жулика набиралась уже третья тысяча магнитных полос на продажу, и, так как многие вышли из отпусков, скорость сбора данных Игнатом существенно улучшилась. Председатель правления Ультрим-Банка уже привычно еженедельно вносил по несколько правок в треклятый документ по реорганизации, но, безусловно, понимал важность этого дела и относился к нему с полной отдачей. К тому же, сказать, что это занятие отнимало все его время, было, очень мягко говоря, большим преувеличением. Были и другие дела… Например, вот он, еженедельный отчет службы безопасности, Коля его сейчас ведет… Кстати, есть кое-что, о чем он раньше не докладывал…

— Петр Валерьевич просил доложить особо. В связи с планирующимся шествием и митингом оппозиции два отделения в центре будут закрыты. Деньги будут вывезены, окна закрыты выдвижными крепкими жалюзи, внутри на случай чего будет охрана. Потери, конечно, будут больше одной тысячи…

— Это точно… Ты-то что про оппозицию думаешь?

— Если одним словом, то… ну, скажем, идиоты, хотя есть слова и получше…

Председатель усмехнулся.

— Эти самые слова получше для них действительно получше будут, факт. А вот, Коля, такой вопрос к тебе появился. Сколько нормальных людей видел — все говорят, что они… скажем, олухи. А вот на вопрос «Почему именно» внятных ответов нет.

— Ну… как тут сказать… Для точного ответа необходимо знать точное положение дел, но на уровне подсознательных ощущений сразу что-то не то чувствуется… Ратуют за, типа, демократию, которой с их уходом вдруг мигом не стало, а на самом деле за себя, любимых демократов, которых от кормушки отогнали.

— Верно, Коля, в общем-то мыслишь, но истоков не видишь… Уж не рассказать ли тебе про истинное устройство этого мира?

Николай усмехнулся.

— Довольно интересно, да и куда ж я денусь!

Председатель усмехнулся в ответ.

— Именно так!

— Только вот момент такой — спохватился Николай. Я же в разных политологиях и прочих тонких общественных материях не очень…

— Успокойся, Коля, ничего, кроме советского технического образования тебе не потребуется. Да не смотри на меня такими круглыми глазами! И говори давай свои сомнения абсолютно честно, сам уже знаешь — за правду не уволю!

— Да как же техническое образование в общественные науки лепится-то? Люди, они ж не с розетками и тумблерами включения на заднице, как в call-центре прикалывались над девчонкой, которая в безлюдное отделение уходила…

— Чего, так и прикалывались? — усмехнулся председатель

— Ага, много ей чего говорили, типа, в безлюдном отделении все человеческое должно быть ей чуждо, питаться она должна будет электричеством и все такое… Кстати, заставлять голосовать по тумблеру было бы для политиков очень здорово, но вот если он не в те руки попадет…