Баканэко сан

Кимчи бежал со всех ног. Не просто бежал, а удирал. Драпал. Несся. Улепетывал. Как только он выскочил за калитку, его тело включило самую большую скорость, на которую было способно. Душа Кимчи рвалась преодолеть барьер из ребер и показать телу как надо бегать. Она бы уж точно двигалась быстрее. Она бы оставила далеко позади себя даже Свет с его хваленной скоростью. Да кого вообще впечатляет скорость Света? Куда бы Свет не долетел, его там уже поджидает Тьма. Тьма всегда была быстрее Света. Она успевала к его прибытию отдышаться и сделать вид, что существовала тут всегда. Душа Кимчи готова была обогнать даже Тьму.

Преследователи Кимчи тоже выбежали за калитку и расстояние между беглецом и ловцами начало медленно сокращаться. Кимчи был маленького роста даже у себя на родине. Сейчас за ним гнались двое длинноногих высоких парней. Кимчи надеялся, что скоро они начнут уставать и ему удастся убежать. Он обладал редкостной выносливостью и верил, что преследователи скоро выдохнутся.

Дорога, до гладкости утоптанная лошадиными копытами, не пылила, а значит не фиксировала следы. Если Кимчи добежит до леса, в который далеко впереди углублялась дорога, то ему не составит труда скрыться в густой растительности. У преследователей была сильная мотивация догнать беглеца. Этот маленький чужеземец обошел охрану и выкрал у хозяина золотой амулет тонкой заморской работы. За такую утрату хозяин головы с них снимет, глазом не моргнув. У Кимчи тоже была сильная мотивация сохранить амулет в собственности. Год назад он был украден в порту у самого Кимчи. Амулет пришлось долго искать после того, как Кимчи смог наступать на поврежденную в драке ногу.

Кимчи попал в Страну Тумана случайно. И по вине того же амулета. Однажды его учитель – мудрый и великий сенсей Какаши Накомоде – призвал к себе Кимчи и дал задание выкрасть амулет у конкурирующего клана. Эти «плохие люди» украли амулет у великого и мудрого сенсея и похвалялись этим. Выкрасть краденный амулет надо было тихо и быстро. Когда в следующий раз глава конкурирующего клана станет похваляться кражей, сенсей собирался спокойно извлечь амулет из кармана и обвинить противника во лжи. Тогда тому придется делать прилюдное выпускание души острым предметом из собственного живота.

Кимчи выкрал амулет. Ему даже удалось покинуть жилище врага. Но, как сказал бы мудрый сенсей Какаши Накомоде: «Карма – та еще подлюка». Когда Кимчи крался мимо порта он услышал звуки погони. В тот момент идея спрятаться на корабле показалась ему идеальным решением. Он пристроился к веренице грузчиков, схватил тюк с чем-то не слишком тяжелым и взошел на корабль. Там он спрятался в трюме и собирался вылезти, когда минует угроза. Но корабль вдруг отчалил. Можно было спрыгнуть и доплыть до берега, пока они не вышли в открытое море. Но была полная луна. Кимчи мог долго плыть, не боялся холода, акул и одиночества в бескрайнем море. Но он бы никогда не полез в воду при полной луне. Даже с амулетом от злых духов, который висел у него на шее и пока приносил одни неприятности. Во время полной луны на поверхность воды всплывают девы с рыбьими хвостами. Говорят, они так же беспощадны, как и прекрасны. Они забирают людей себе в рабство на морское дно. А то, что не было ни одного очевидца, который бы поклялся, что видел дев-рыб значило, что они никогда не отпускают свою добычу.

Корабль долго плыл на закат. Кимчи слился с рабочими и старался не попадаться на глаза команде. Вскоре он понял, что эта предосторожность была лишней: команда состояла из высоких светловолосых иностранцев, для которых темноволосые и низкорослые соплеменники Кимчи были на одно лицо. Судно было торговым и наверняка пойдет назад, когда разгрузит свой товар в таинственной Стране Тумана. Кимчи собирался вернуться с кораблем домой.

Путешествие было долгим. Кимчи успел неплохо выучить язык чужеземцев. Язык был прост, в сравнении с языком, на котором говорил сам Кимчи. В языке иностранцев не было изящных словесных оборотов, они не делали комплементов со скрытым смыслом, не восхищались красками заката и часто употребляли названия интимных частей тела, находясь в состоянии раздражения, удовлетворения или страха.

Когда судно причалило, капитан объявил о недельной стоянке, выплатил всем жалование и команда сошла на берег. Кимчи тоже сошел. Привыкшие к качке ноги заплетались на твердой земле. Он направился к деревянному строению на вывеске которого красовалась кружка пива и рыбина. Строение явно относилось к общепиту, а Кимчи ужасно устал от корабельной пищи. Вот тут на него и напали трое здоровяков, привлечённые сверканием амулета в прорези его рубахи. Когда Кимчи очнулся, бандитов уже не было, как и амулета. Вернуться домой без амулета он не мог. Тогда бы пришлось делать прилюдное выпускание души. Поэтому Кимчи, проводив корабль печальным взглядом, остался на берегу.