Back-Office Михаила Суслова, или Кем И Как Производилась Идеология Брежневского Времени

Интервью с бывшим работником аппарата ЦК КПСС Алексеем Козловским всегда проходили по одному сценарию. Я приходил в его квартиру в отличном по советским меркам доме из светлого кирпича в районе московской станции метро Кунцевская — где в 1960–1970-е годы управлением делами ЦК КПСС были построены два жилых комплекса. Он открывал мне дверь квартиры на тринадцатом этаже. Я снимал пальто в прихожей и проходил в его узкий рабочий кабинет, из окна которого открывался прекрасный вид на соседние дома и часть парка. Кабинет был сверху донизу заставлен книжными полками с советскими изданиями писателей-классиков и литературоведческими работами, преимущественно 1960–1980-х годов. Я садился на старый стул, хозяин дома — за красивый потертый рабочий стол, покрытый зеленым сукном.

Два с половиной или три часа он неторопливо отвечал на мои вопросы. Никаких предложений выпить чаю, никаких посторонних разговоров. Дисциплинированные родные ни разу не побеспокоили нас своим вторжением, что было редкостью по сравнению с обычным течением встреч в домах его коллег. Потом я вставал, прощался и уходил. Хозяин любезно провожал меня до двери, приглашал заходить ещё.

Четкость, дисциплинированность, этикет и отсутствие пустопорожних разговоров — качества, как можно было понять из наших интервью, перенятые моим собеседником у своего отца. Тот был потомственным тамбовским дворянином по происхождению, офицером императорской армии, который в СССР потерял надежду на продолжение военной карьеры (о чём всю жизнь жалел), но зато благодаря своим административным талантам смог возглавить в послевоенные годы одно из управлений Министерства лесного хозяйства РСФСР. Аристократическая семья, в которой вырос мой собеседник, сумела выжить в советских условиях, вполне вероятно, благодаря этим качествам, а также, безусловно, везению. Внучатый племянник (по матери) сразу двух членов Государственного совета Российской империи — Николая и Константина Ясюнинских[1], потомственный дворянин Алексей Козловский — самый знатный по социальному происхождению человек из тех примерно ста двадцати бывших работников аппарата ЦК КПСС, которых мне удалось опросить за последние семь лет[2].

Алексей Козловский был аристократом не только по факту рождения, но и по той культурной среде, в которой он воспитывался в детстве. На него оказали влияние и круг гимназических друзей матери — заметных советских ученых; и артистическая среда, с которой его знакомила тётя, Ксения Ивановна Ясюнинская — актриса Малого театра; и близкие родственники отца — ведущие советские специалисты по заповедным территориям — все как один из «бывших». Ещё подростком он вбирал в себя «несоветские» знания. «Доктор Живаго» был им прочитан в рукописи ещё в 1948 году, но не произвёл впечатления. Козловский учился в лучшем советском образовательном учреждении — Московском государственном университете. И, наконец, Козловский стал редактором крупного советского издательства, в котором занимался преимущественно редактурой и изданием русских поэтов первой трети ХХ в. ека. В первую очередь Маяковского и Есенина. И потому бывал в домах Лили Брик и Виктора Шкловского.

Таким образом, Козловский с его происхождением и кругом общения является хорошим примером передачи культурного наследия Серебряного века в советском социуме. Как же тогда объяснить то, что человек с таким культурным багажом и кругом знакомств почти двадцать лет (в 1971–1989 годах) проработал в Отделе пропаганды ЦК КПСС и, в частности, занимал там не последнюю должность — заведующего сектором журналов? Что он был одним из основных авторов докладов для Михаила Суслова? Что был отнюдь не «либералом», а наоборот, придерживался консервативных «антидиссидентских» взглядов?

С другой стороны, а что мы вообще знаем о творцах советской идеологии и пропаганды в брежневское время? Помимо общеизвестной фигуры Михаила Суслова, который, впрочем, также малоизучен (в частности, не существует его современной научной биографии[3]), кто были те люди, которые производили советский пропагандистский продукт, и где они работали? Как была устроена и как координировалась система советской пропаганды в этот период? Чем руководствовались в своей работе люди, которые в ней участвовали? Имели ли они собственную позицию и могли ли её отстаивать?