Бабье царство. Книга 2: Леди Артур

Вечный дежурный по связи в чине лейтенанта, назначенный на призванную охранять передатчик заставу, сидел и водил пальцем по пожелтевшему листку книги. Книга была не земная, а из местных, рукописная. Светло-сизые строки затейливого письма, где только стараниями женщины-писчихи слова отделялись друг от друга точками, складывались в сказ о небесной паре и сотворении этого мира.

— Блин, Андрюха! — произнёс стоящий рядом с лейтенантом начальник блокпоста и одновременно с этим точки ретрансляции. — Харэ́ зубрить, нет здесь принцесс, не напасёшься их на всех.

Лейтенант поднял глаза на начальника и поправил очки. Что ему ещё делать? Он ведь не начка́р, он всего-то оператор систем коммуникаций.

— А тебе разве не интересно узнать про этот мир? Чужая планета ведь вокруг, сказочное средневековье. И сидим тут уже месяц.

— Да брось. На этой тропе хрен кого дождёшься. Только наши на телегах подвозят консервы.

Андрей вздохнул и пожал плечами, а потом снова уткнулся в книгу.

Начальник сел рядом, откинулся на стуле и уставился в потолок:

— В одном месте я видел это средневековье. Хоть бы пускали куда, а лес я дома могу посмотреть. У тёщи такой же за огородом.

Все замолчали, и лишь гудение трансформатора разбавляло тишину.

Едва слышно прошипела в соседнем помещении рация, доложив голосом солдата, что на подступах без происшествий.

Шла минута. Шла другая. Миновал час.

— Тащ майор! — раздался вдруг крик. — Там человек. Местная.

Все повскакали с мест и бросились к бронированному стеклу. И вправду, средь утреннего тумана, погрузившего лес и дорогу в серую кашу, шла девушка. Она шаталась и, казалось, вот-вот упадёт.

— Караул! — раздалось рядом. — По боевому расчёту занять позиции!

Андрей взглянул на майора, а тот накинул бро́ник, вжикнул застёжками, взял автомат и повернулся к подчинённому.

— Чего ждёшь, лейтенант? Идём. Вот и пригодятся твои факультативы — переводчик наш с диареей слёг.

Тот встал и тоже потянулся за защитой. А девушка всё приближалась. Ей, на первый взгляд, было всего лет шестнадцать. Но сказать точно было сложно. Лицо в крови, куртка сюрко, накинутая поверх доспеха, порвана. При этом она сжимала руку на рукояти меча. Шлем потерян.

— А́лто! Стой! — закричал часовой вызубренную фразу на местном вперемешку с русским. — Но поде́мос сегура́де ла́нтэ! Дальше нельзя!

— Socórro. Э́сто буска́нд алума́ри Юрис. Соко́рро, — донеслось со стороны девушки, и Андрей поморщился, вспоминая слова. — Помогите. Я ищу халума́ри Юрия.

Начальник с лейтенантом переглянулись.

— Кто вы? Квэн эс у́ста? — закричал он, проклиная грубый акцент. Не получалось у него чисто говорить.

— Ми но́мбре э́а Клэр хаф да Кашо́н. Моё имя Клэр…

* * *

Я уже месяц на земле. После возвращения на базу из Таркоса меня отправили для полной диагностики встроенной в мозг системы. Сказали, на Реверсе сделать это невозможно — нет соответствующего оборудования. Месяц меня сканировали томографами, месяц ежедневно совали провода в разъёмы прямого подключения, что на затылке. Как итог, выявили множественные сбои блоков памяти, из-за чего пострадало много файлов. Из сорока вычислительных процессорных ядер полетело шесть. Нейропроцессор потерял семнадцать процентов искусственных синапсов. А вот почему система решила, что я постоянно находился в состоянии сна, так и не поняли. Спецы просто развели руками, сославшись на неизвестные внешние факторы.

Чтоб избежать худшего, принудительно снизили производительность системы, переведя её в очень щадящий режим: мол, почти всем, кому система была поставлена ранее, выполнена такая процедура. И это ещё хорошо, что я не сошёл с ума.

Теперь система сидит в голове молча, ожидает моих приказов и не даёт советы. Анализ окружающей обстановки в режиме реального времени оказался слишком большой нагрузкой для неё. Учёные чуть не угробили мои мозги, но затем вежливо извинились. Мол, с лабораторными крысами проще. Мол, двух предыдущих, которыми оказались Васька Рыжов и Степан Игнатыч, уже не вернут в иной мир. Один списан по искусственной эпилепсии, второй парализован до пояса.

Зато ведь извинились: дескать, жертвы во благо науки.

Месяц. А потом меня отпустили из медтехноцентра, признав годным для отправки в параллельный мир, как Белку и Стрелку для полётов. Но когда будет отправка, не сообщили. График работы портала расписан на год вперёд. Всё расфасовано по килограммам. И каждый килограмм буквально на вес золота.

— Да уж.

Я стоял рядом с кассами гипермаркета. В корзине небольшой набор продуктов — пельмени, картошка, яйца, молоко, колбаса, хлеб. Ничего необычного. Но за полгода, проведённых мной в другом мире, отвык от всего этого. Нет здесь монстров, нет магии, нет благородных рыцарш. Взгляд зацепился за стайку девушек в баскетбольной форме, обсуждающих прошедшую тренировку. Все под метр девяносто ростом, как на подбор. Я вздохнул: они совсем как жительницы Реверса. Те тоже высокие, в отличие от тамошних мужчин-коротышек.