Айра

Осенний промозглый вечер быстро накрывал своим темным покрывалом выстуженный город, вырывая у прохожих, спешащих в горячее тепло домов, теплые пары дыхания. Изможденная женщина, прижимая к себе то, что было для нее дороже всего на свете, внимательно всматривалась в вечерний сумрак. Боль периодически накатывала волнами, сжимала, разрывала изнутри. Несчастная знала, что ей осталось мало времени, становилось все хуже. Сколько это продолжалось, бедная не помнила, а также ни кто она, ни как ее зовут. Остались какие-то обрывки воспоминаний, видимо ее прошлого, чувства радости и любви, которые она пережила тогда. Вероятно, судьба пожалела ее, закрыв все самое страшное, а этого ужаса, видимо, было через край.

Она очнулась в каком-то сумрачном подвале. Вокруг были тела небрежно брошенных людей. Полумрак, пропитанный мерзкими запахами, давил. Обрывки эмоций страха, тоски, мольбы плавали в воздухе. Она лежала, глядя по сторонам, ничего не понимая, ничего не желая. Это продолжалось долго, пока то, что и заставило ее очнуться, сформировалось в ней. У нее было знание, что где-то здесь есть ее ребенок, ее девочка. Она должна забрать ее, должна спасти! Эта мысль заставила ее подняться и, несмотря на тут же накатившую боль, начать свой путь по узким каменным коридорам с падающими со сводов каплями воды. Она выпадала из реальности, но приходя в себя, снова продолжала свой путь. Цель ее звала, и она заставляла себя идти, с каждым шагом приближаясь к своей девочке. К своей Айре. Она не задавала себе вопросов, кто так назвал ребенка и куда она идет, она просто знала. Путь привел ее в большой зал с высокими арочными сводами, теряющимися в темноте, где стояло множество клеток. Нахлынуло что-то знакомое и тут же прошло. Во многих клетках были люди, хотя назвать их так было уже нельзя. Там находились неподвижные, не реагирующие ни на что статуи. Она старалась не смотреть по сторонам и продвигалась в другой конец мрачного пространства.

Уже на выходе что-то заставило ее остановиться. Она повернула голову и встретила взгляд. Даже не так. Это был человеческий, наполненный эмоциями, осмысленный взгляд, принадлежавший черноволосой девушке, которая, вероятно, была одной из последних пленниц хозяев этих помещений. Заброшенная сюда переплетением судеб, невольница была крепкой, с виднеющимися под ее загорелой кожей мускулами. Видимо, боги отвернулись от нее, раз она попала сюда, а может наоборот, направили, чтобы помочь.

Женщина смогла освободить пленницу, хотя это далось ей с большим трудом, и дальше они продолжили путь вместе в этом тягостном полумраке с висящими в воздухе эманациями боли и страданий. Она показала руками, как будто баюкает ребенка, и незнакомка, внимательно посмотрев в ее лицо, утвердительно кивнула, соглашаясь помочь. Пленница оказалась воительницей и, благодаря ей они несколько раз избегали обнаружения делавшими обход стражниками. Пришлось даже обойти опасный участок, откуда доносились крики пьяной мужской вакханалии. Но она знала путь и уверено вела воительницу к своей цели. Они поднялись на нужный этаж, и дошли до развилки, от которой на расстоянии четырех шагов в левом коридоре открывался проход в помещение, где была её дочь. Вот только там, на входе, прохаживалась охранница. И опять воительница проявила себя. Словно вихрь, выждав момент она бросилась на вооруженного врага, не оставляя той никакого шанса.

В помещении оказалось две комнаты. В первой в небольших коечках лежало несколько детей, но ее девочки там не было. Айра была во второй комнате, почему-то отдельно. Аккуратно взяв на руки свою дочку, внимательно взглянувшую на неё своими карими глазенками, она улыбнулась и поцеловала ее в лоб, а на глаза навернулись слезы. Потом они сняли с охранницы одежду и закутали ребенка.

Теперь им оставалось только выбраться из этого проклятого места на свободу. Петляя по многочисленным коридорам, они пробирались все выше в этом лабиринте страшного подземелья, поднимаясь на верхние этажи. И опять она знала путь и вела к нужному выходу. Выбрались они через старый и полуразвалившийся ход, с трудом проделав себе проход. Охраны здесь не было, а встретила их на выходе хмурая ночь с зябкой сыростью. Тяжелые осенние тучи, нависавшие низко над землей, скрывали ночную сестру Светила. И это дало им возможность незаметно уйти от этого мрачного комплекса, буквально сжимавшего их своей чужеродной всему живому энергией.