Авиаторы об авиации

Имя этого автора не успело стать широко известным.

Первые новеллы Игоря Эйниса появились в печати осенью 1962 года{1}. Следующая же серия его рассказов была опубликована год спустя{2} — уже посмертно.

Взявшись за перо лишь в зрелые и, по воле злой судьбы, последние годы своей жизни, И. В. Эйнис успел написать до обидного немного. Во всяком случае — ничтожно малую долю того, что мог бы написать по объему своего жизненного опыта, остроте внутреннего зрения, глубине понимания людей.

Выступление непрофессионального литератора в жанре рассказа — само по себе редкость: обычно произведения таких авторов проходят по ведомству так называемой «литературы бывалых людей».

А Игорь Владимирович Эйнис был, конечно, человеком бывалым в полном смысле этого слова.

По профессии он был летчиком-испытателем. Испытателем первоклассным — и по существу, и по официально присвоенному ему званию, — а главное, принадлежащим к новейшей, современной формации этой профессии. Высшее инженерное авиационное образование, несколько свидетельств на оригинальные изобретения, неоднократные выступления в специальной печати — все это не скажу даже — дополняло его летную деятельность, а органически вплеталось в нее.

Естественно, что и писал Игорь Эйнис о том, что знал и чем жил.

Его герои — летчики-испытатели. Автор рассказывает о разных экстраординарных (а иногда, наоборот, о внешне вполне ординарных) случаях, приключившихся с ними, — благо неисчерпаема копилка «аэродромного фольклора». Но ни одна новелла Эйниса не имеет ограниченно-приключенческого характера — не сводится только к рассказу о случае, самом по себе интересном (хотя большинство рассказанных им случаев действительно интересны). В каждой новелле, даже самой миниатюрной по объему, читатель находит живую мысль, точное наблюдение, психологическое обобщение. Это и делает рассказы Эйниса интересными едва ли не любому читателю, независимо от его специальности и круга профессиональных интересов.

Вот автор замечает: «Когда в полете все нормально, многие могут вести самолет. А вот когда создаются аварийные ситуации, тогда выявляются возможности испытателя». Сказано, конечно, правильно, но разве только к пилотированию самолета или вообще только к авиации можно отнести эту мысль?

Или о молодом летчике, призванном заменить вышедшего из строя товарища: «...становится в строй новый человек. И первое время с восторгом незнания, затем с чуть горьковатым привкусом опыта будет идти и идти вперед». В одной фразе выражено главное в особенностях психологии молодого и старого испытателя. И опять — одного ли только испытателя?

Свои наблюдения автор неизменно выражает одной-двумя фразами — в такой же лаконичной форме, как это принято в полетных заданиях, испытательных отчетах, наставлениях по пилотированию...