Ассистент для ректора

— Твою ж мать! — в сердцах рявкнула, от души хлопая дверью машины.

Паршивый день. Впрочем, ничего необычного — мой день рождения, так что можно ожидать всякие и любые пакости. С утра отключили горячую воду и это в элитном поселке! Нонсенс? Я лишь тяжело вздохнула и с задорным матерком вымылась в ледяном душе. Взбодрилась так, что даже кофе не понадобился.

Машина завелась сразу, даже пробок не было и это должно было меня насторожить. Однако, я потеряла бдительность, поймала шпилькой маленькую трещинку в асфальте прямо возле входа в офис. Не протаранила входную дверь лбом только благодаря быстрой реакции охранника. Не забыть бы выписать ему лишний выходной.

Естественно, лифт не работал. В офисном здании А класса. Кто бы сомневался… Пешком на тридцатый этаж, да на десятисантиметровых шпильках то еще удовольствие, но я справилась. Мило улыбнулась секретарше в ответ на поздравления и вошла в царство цветов. Вопреки всем моим намекам и прямым отказам, партнеры по бизнесу почему-то упорно считали, что обязаны задарить меня огромными букетами, а я их просто не переношу. Ненавижу срезанные цветы, мне их нестерпимо жалко. Вот такая я странная.

Поработать спокойно не дали. Бесконечные звонки с совершенно неоригинальными пожеланиями и неуклюжими попытками вызнать в какой ресторан ехать вечером. Недоуменное молчание в ответ на мое честное «не праздную в этом году» начало смешить. «Как так! У тебя же юбилей!». Ну да, тридцать, красивая цифра, круглая, значимая… Бестолковая.

Кажется, кризис среднего возраста начался слишком рано. Ничего не радовало, абсолютно все воспринималось рутиной. Даже запланированная поездка на острова. Скука. Тоска.

Ехать придется одной. Одной загорать на белоснежных пляжах. Одной ужинать в дорогом ресторане над неглубокой, голубой лагунной. Одной ездить на морские экскурсии.

Одной возвращаться в пустой дом. Домработница и ее муж садовник не в счет.

Грусть, тоска, печаль успешной, богатой бизнес-леди. Хочется побиться головой о ближайшую стену, чтобы дурь и блажь выкинуть, но знаю — не поможет. Курортный роман тоже не поможет, как и любые попытки завязать отношения. Карьера, чертова карьера, я все положила на этот алтарь и теперь расплачиваюсь. Я умею добиваться поставленных целей, но больше не могу придумать себе достойную.

Довершением чертового дня стала сделка, сорвавшаяся тогда, когда я уже мысленно праздновала победу. Не знаю на что они рассчитывали, пытаясь в последний момент пропихнуть изменения в контракт, но у меня от таких вывертов мгновенно портится характер. Нет, я никого не послала, попыталась вежливо напомнить о предварительном соглашении, но их юрист… В общем, в следующий раз мы встретимся в суде. Такого они не ожидали, попытались вернуть все обратно, подсунуть какой-то подарок в честь дня рождения, но это только сильнее разозлило. Злая я — это холодная я. Поэтому шла ровно, спокойно до самой машины. Также ровно, спокойно доехала до дома и только во дворе своей «крепости» позволила истинным чувствам пробиться наружу.

— Твою мать! Достало!

Следующей жертвой дурного настроения стали новые туфли. На кой ляд я их сегодня обула? Ноги гудят нестерпимо… Нет, до душа я еще успею добраться, а пока экстренное успокоительное. Стакан виски, вот что сейчас поможет. Макаллан или Джонни[1], кто будет моим мужчиной на эту ночь? Пусть будет Макаллан, более жесткий и честный.

Мне нужна эта честность, с собой в первую очередь.

Обжигающий глоток и торфяной взрыв на небе, в горле и желудке. Еще один глоток и мышцы почти расслабляются — это где-то на уровне рефлекса. Любимое кожаное кресло, коллекционный бокал и жар в груди, значит я в безопасности, и можно скинуть не только туфли, но и маски.

Идеальная жизнь больше не радует. Похоже, мечта оказалась с изъяном. По-прежнему горжусь достигнутым, но этого вдруг стало мало. Нет, мне не нужно больше денег или власти, не в этом суть. Не вижу я себя ни многодетной матерью, ни послушной женой. Не получается найти и золотую середину. И того, кто поможет сбалансировать обе стороны моей сущности — воспитанную властность и природную женственность.

Вторая порция виски заиграла янтарем в хрустальном стакане, но мысли не туманились, наоборот, лишние эмоции отошли на задний план и пришло очевидное. Нужно что-то менять. В себе, в своей жизни, в восприятии окружающих. Вот только что? Сменить сферу деятельности? Переехать в другую страну? Последняя идея чем-то зацепила, но я не успела осмыслить ее до конца, отвлек шум сверху.

В доме никого не могло быть…

— Катерина? — крикнула вопросительно в темноту лестничного пролета.