Артемида

Я изо всех сил неслась по серой пыльной равнине в сторону купола Конрада. До входного шлюза, обозначенного полосой красных огней, было пугающе далеко.

Даже при лунном тяготении бежать со стокилограммовым грузом нелегко, но поразительно, до чего шустро начинаешь двигаться, когда твоя жизнь в опасности.

Боб, бежавший рядом со мной, включил связь:

— Давай я подсоединю мои баллоны к твоему скафандру!

— Тогда ты тоже погибнешь, вот и всё.

— Утечка очень серьёзная, — пропыхтел Боб. — Я вижу, как газ выходит из твоих баллонов.

— Спасибо за ободрение.

— Вообще–то это я здесь специалист по работе в безвоздушном пространстве, — заявил Боб. — Так что немедленно остановись и дай мне подсоединить баллоны к твоей системе жизнеобеспечения.

— Ответ отрицательный. — Я продолжала бежать. — Сразу перед тем, как прозвучал сигнал утечки, я слышала хлопок. Скорее всего, рванул клапан. Усталость металла. Если ты начнешь подсоединять свой баллон к моим, ты можешь повредить шланг об острые края разрыва.

— Я готов рискнуть.

— А я не желаю, чтобы ты рисковал. Поверь мне, Боб, я знаю, как ведет себя металл.

Я перешла на длинные, плавные скачки. Выглядело это, словно замедленная съёмка, но это наилучший способ передвигаться с тяжёлым грузом. Дисплей шлема показывал, что до шлюза осталось пятьдесят два метра. Я перевела взгляд на указатель уровня кислорода на рукаве — показатели падали прямо на глазах. Я решила, что лучше на них вообще не смотреть.

Длинные прыжки доказали свою эффективность — я сильно прибавила в скорости и даже обогнала Боба, а он самый опытный специалист по выходу в безвоздушное пространство на всей Луне. Секрет в том, что каждый раз, когда касаешься поверхности, ты придаешь себе дополнительный импульс. Но это делает каждый прыжок потенциально опасным. Если что не так, ты шлепаешься мордой в пыль и скользишь по поверхности. Скафандры для выхода на поверхность — вещь надёжная, но лучше всё–таки не тереть их о реголит.

— Ты двигаешься слишком быстро! Если ты упадешь, визор шлема может треснуть!

— Всё лучше, чем вакуум сосать, — ответила я. — У меня осталось секунд десять.

— Я прилично отстал, — Боб пыхтел позади. — Ты меня не жди.

Я осознала, с какой скоростью бегу, только когда треугольные плиты Купола заполнили всё поле зрения. Купол приближался очень быстро.

— Чёрт! — времени тормозить уже не было. Я прыгнула и перекатилась вперёд как раз вовремя и врезалась в стену ногами, скорее благодаря удаче, чем умению. Боб был прав — я на самом деле бежала слишком быстро.

Я торопливо поднялась на ноги и вцепилась в рычаг, открывающий шлюз.

В ушах хлопнуло, и тут же завыл сигнал тревоги: мой баллон доживал последние секунды и утечка стала неконтролируемой.

Толкнув дверь шлюза, я ввалилась внутрь, судорожно пытаясь вдохнуть. В глазах темнело. Я пинком закрыла дверь, дотянулась до аварийного баллона и сорвала чеку. Верх баллона отскочил, и воздух заполнил шлюзовую камеру. Воздух выходил из баллона с такой скоростью, что часть его превратилась в туман из–за охлаждения, вызванного быстрым расширением газа. Я рухнула на пол почти без сознания, тяжёло дыша и стараясь подавить подступающую тошноту.

Я совершенно не приспособлена к таким физическим нагрузкам. Привязалась головная боль, вызванная кислородным голоданием — это как минимум на несколько часов. Я исхитрилась подцепить на Луне высотную болезнь.

Свист выходящего воздуха постепенно ослабел и наконец затих.

Боб добрался до шлюза. Я увидела, как он заглядывает внутрь через маленький круглый иллюминатор.

— Состояние? — запросил он по радиосвязи.

— В сознании, — просипела я в ответ.

— Встать можешь? Или вызвать кого–нибудь на помощь?

Боб не мог зайти в шлюз, не убив меня, — я лежала в камере в неисправном скафандре. Но любой из двух тысяч человек, находящихся в городе под куполом, мог открыть дверь изнутри и втащить меня внутрь.

— Не надо. — Я поднялась на колени, упираясь руками в пол, потом встала на ноги и, придерживаясь за контрольную панель, включила режим очистки скафандра. Со всех сторон ударили струи воздуха под высоким давлением. Серая лунная пыль вихрилась в шлюзе и исчезала в решётках фильтров, вмонтированных в стены.

По окончании очистки внутренняя дверь шлюза автоматически открылась.

Я вышла в прилегающий к шлюзу отсек, закрыла внутренний люк и шлёпнулась на скамейку.

Боб прошел шлюз самым обычным образом, без всяких драматических срываний чеки с аварийного баллона (который, кстати, нужно будет заменить). Обычная работа клапанов и насосов. После того, как закончилась очистка скафандра, он присоединился ко мне.