Аромат любви

Глава 1

Мила задержалась на работе. Не то, чтобы это было в новинку. Но так безбожно игнорируя время, чувство голода и усталость – впервые. Был предотчетный период. Все, кому ни лень, скинули на нее свои бумаги, кто с мольбой, а кто и откровенно нагло требуя проверить цифры. Мила никогда не умела отказывать. К тому же, чтобы получить хорошие рекомендации стоило и зарекомендовать себя, как квалифицированный работник. А вот такие проверки очень даже были полезны для накопления опыта.

Девушка, углубившись в документы, даже не заметила, что осталась одна. У нее ломило спину и перед глазами мушки бегали, да и желудок жалобно ныл, но она оторвалась от последнего листка, когда об косяк двери в офис постучал охранник. Мужчина осуждающе смотрел на девушку, как будто бы Мила занималась чем-то неприличным. Конечно! Он имеет законное право злиться. Из-за таких, как она трудоголиков, ему приходилось таскаться по всем этажам, выкуривая худших представителей офисного планктона из кабинетов. Не очень – то и хочется терять драгоценное время, которое он мог бы посвятить, наблюдая, пусть N-надцатый раз, за игрой любимой команды, поедая вредную еду и запивая газировкой, не менее вредной. Ожирение и все прелести, сопровождающие фастфуд, уже подорвали здоровье мужчины. Он напоминал деформированную бочку с головой, ручками и ножками. Но жить, как говорят умные люди, вообще вредно и опасно.

Мила посмотрела на часы, висевшие прямо над входом в офис.

«По голове бы тебя сейчас долбанули эти часики. Полежал бы с черепно-мозговой травмой на больничной койке. Кормили бы тебя больничной постной едой. Авось и скинул бы килограммов двадцать, чтобы выглядеть прилично. И мозгам бы отдых дал, вместе с легкими от жировых подушек», – подумала она, глубоко вздохнув.

Даже представила, как они срываются и с тихим звоном и оглушительным треском проламывают яйцеголовую кочерыжку охранника. Этот человек ей был неприятен. Он никогда ей не хамил и, вообще, относился, как к остальной офисной живности с легким презрением и снисходительностью. Как к пациентам психушки. Но, признайтесь, иногда люди бывают просто неприятны тебе, как и ты, кому-то, впрочем. Это естественно.

Нос втянул смесь запахов пота, вонючих, пораженных грибком ног, чего-то еще кисло горького. Флером для завершения букета стал резкий запах лука. Ядреный аромат активировал находящиеся в предобморочном состоянии мозги. Тело само отреагировало на появление хилых сигналов от мозга. Я подскочила, как ужаленная в одно мягкое, довольно-таки симпатичное место и поспешила ретироваться. На часах скоро полночь.

«Боже, что я делала здесь такого, что не заметила, как наступила глубокая ночь?»

– Простите, – извинилась перед мужчиной. Все же, не годится желать человеку членовредительства, даже в мыслях. Он не виноват, что она идиотка безотказная

Охранник что-то промычал в ответ. Решила поспешить, не вовлекая себя в ненужный разговор.

Так спешила, что чуть не поскользнулась на мокром полу. Уборщики только что прошли мимо, громко переговариваясь, как будто здесь рынок, а не серьезный офис, и расходясь по кабинетам.Каждый тащил за собой моечный инвентарь.

Офис, в который Миле посчастливилось устроиться, располагался на шестнадцатом этаже огромного здания,  которое бесконечной башней вздымалось посреди таких же монстров делового района мегаполиса.

Сама же девушка была из небольшого городка, расположенного на севере, граничащего с густым лесом на десятки километров вокруг. Это лес был основным источником доходов местных жителей. Зверьем для охотников, рыбой для рыбаков. Река протекала совсем близко и была богата рыбой. Грибами и ягодами для грибников. Еще и кедровыми орешками. Мила сама часто уходила в чащу леса за этими богатствами. С приличным заработком можно было иметь дело только на лесопилке. Так что, неудивительно, что она мечтала вырваться из такого захолустья.

И вполне можно понять молодую девушку, что совсем не скучала по дому. Миле нравился ее нынешний образ жизни. Хоть он и был далек от идеального.

С радостью поменяла она тихую, размеренную жизнь небольшого городка, которая казалась застывшей, на быстрый ритм огромного людского улья. Он пожирал целиком, не морщась, таких букашек, как она, летящих на яркий неоновый свет реклам, ночных клубов, ресторанов, улиц, больших проспектов и супермаркетов, наконец. Большинство из приезжих так и сгорали, не поняв, что же такого случилось с ними. Единицы же, незаметно пристраивались, притирались к огнедышащему, жестокому городу. Выполняя любую работу, что обеспечит их крышей над головой, неважно, если это и одна комната в коммуналке. Едой быстрого приготовления, чтобы заглушить вопли голодного желудка и платеж налогов, за то, что ты просто существуешь.