Аренда

— Э-э… привет, Макс, — услышал я, нажав кнопку. — Ну ты как там вообще? В смысле, поживаешь там… э-э…

Что за диво? Обычно он начинал стремительной скороговоркой: «Слушай, у меня тут денег на телефоне в обрез, перезвони, пожалуйста…» Или просто набирал номер, пережидал пару гудков и затем отключался в надежде, что намёк будет понят. А тут вальяжный зачин с расточительно долгими паузами!

— Поживаю-то?.. — переспросил я, несколько оторопев. — Да так, знаешь, поживаю себе…

— Это хорошо… — одобрил он. — Главное, чтобы всё вообще… да…

Снова пауза. Уж не наследство ли на него, случаем, свалилось?

— А что ты, скажем, делаешь завтра? — завёл он опять-таки издалека.

— То же, что и сегодня. Ты женился, что ли?

— С какой радости?

— Н-ну… подумалось…

А что тут ещё предположить? Если не наследство, то брак по расчёту. Все прочие способы обогащения были моим приятелем вроде бы давно перепробованы, причём с одним и тем же удручающим результатом. Вдобавок пришла мне на память недавняя встреча с бывшей сослуживицей. Представляете, некая бизнесвумен предложила ей слегка подержанную иномарку в обмен на сильно подержанного мужа с полурассыпанной печенью!

Вот до чего поздняя страсть доводит.

— Как ты смотришь на то, чтобы заглянуть ко мне завтра часиков этак в одиннадцать? — осведомился он.

— На какой предмет?

— Ты ведь по-прежнему шоферишь?

— Нет.

Он всполошился.

— Как «нет»? Права отобрали?

— Права не отобрали, а драндулет я свой продал.

— Ага, — озадаченно молвил он. — То есть машину в принципе водишь…

— Смотря какую.

— Белая «ауди» тебя устроит?

— Н-ну… разве что белая…

— Вот и славно, — величественно заключил он. — Права захватить не забудь…

Я был настолько ошарашен, что не нашёл ничего лучшего, как тут же позвонить его бывшей.

— Маш! Ты Макарку нашего давно видела?

— Слава богу, давно. А что с ним?

— Белую «ауди», говорит, приобрёл.

— Хорош врать!

— Это ты мне или ему?

— Тебе.

— Тогда не по адресу. За что покупал, за то продаю.

Продолжительное молчание. Потом вздох. Горький. Бабий.

— Вот жизнь! Как мужика брошу — тут же разбогатеет… Рухлядь небось? — спросила она с надеждой.

— Кто?

— «Ауди».

— Не знаю, не видел ещё…

«Ауди» оказалась новенькая, с конвейера. Пока я, уважительно хмыкая и покручивая головой, обживался в водительском кресле, Макарка (теперь уже, считай, Макар Аверьянович), склонясь над капотом, заполнял доверенность на вождение.

Может, он и дисками уже разжился? Я тронул клавишу плеера и услышал в ответ тишину. Стало быть, не разжился ещё. Переключил на радио — и в салоне возник трубный голос диктора.

— …теракты, — грозно сказал он. — Но обвинить Аль-Каиду в разработке нового сверхсовременного вида оружия…

Политику я переношу плохо. Выключил. Тем более что Макар Аверьянович к тому времени поставил небрежный заключительный росчерк и спрятал стило.

— Ну и как тебе тачка? — довольно-таки равнодушно полюбопытствовал он, вручая мне через окошко документ. Дело происходило перед подъездом под беспощадным взглядом двух облезлых бабушек на облезлой скамейке.

— Тачка — супер, — честно сказал я. Вылез, закрыл дверцу. — Деньги откуда? Только не говори, что Родину продал…

Мой грубоватый юмор произвёл неожиданно сильное впечатление.

— Тихо ты!.. — испуганно шикнул новоявленный автовладелец — и тут же бодро повысил голос: — Да! Вот я ещё что хотел тебе показать…

С озабоченным видом увлёк меня на ту сторону — к противоположной дверце, подальше от старушек.

— Думай, что говоришь!.. — прошипел он. — Видишь же, сидят смотрят…

Мне стало смешно. Доверенность заполняет прямо на капоте (пусть люди завидуют), а ты его и поддеть не смей! Как всё-таки меняет человека обладание иномаркой!

— Родину может продать лишь тот, кому она принадлежит, — напомнил я. — Ты что, «Газпром»? Или «Роскосмос»?

Макарка поиграл желваками.

— Короче, — отрывисто сказал он. — Как насчёт того, чтобы шофёром у меня поработать?

Пришла пора онеметь.

— А ливрею выдашь? — обретя дар речи, спросил я. — Ну, на тот случай, если дверцу перед тобой открывать придётся…

Он обиделся.

— Пошёл ты к чёрту! Я по-дружески…

— По-дружески? В смысле бесплатно?

— Сколько ты хочешь? — процедил он. — В месяц.

— Двадцать, — сказал я.

— Хорошо.

— Тридцать, — сказал я.

— Хорошо!

«Сорок», — хотел сказать я и понял вдруг, что он не шутит.

— Куда едем, босс? — подобострастно осведомился я, выруливая со двора на проспект.

Макарка страшно засопел и долго не отвечал.

— На дачу, — буркнул он наконец. — Придурок… Ничуть не повзрослел! Лишь бы зубы скалить…

— На дачу? Ты от неё ещё не избавился?

— Да вот уберёгся как-то… Бог уберёг.

— Даже так? — с сомнением пробормотал я.