Арасия. Возвращение

Лучшему коту на свете.

Летай высоко, родной…

15 лет назад

Сагус появился на лесной дороге, когда все закончилось. От кареты остался голый остов – разбойники содрали все, что имело цену или могло пригодиться в хозяйстве: шторы, подсвечники, сидения, даже обивку со стенок. Отломанная дверца валялась неподалеку, и Сагус невольно задержался, глядя на королевский герб – белоснежный пегас гарцует на пурпурном щите… И вдруг понял, как сильно устал. С того дня, как у короля родился наследник, страх не покидал его. Но сегодня все кончится.

Сагус нехотя огляделся. Мертвая женщина в деревенском платье лежала у самых деревьев – пыталась спастись, да не успела. Ее муж поодаль: разорванная рубаха пропиталась кровью, одна нога неестественно вывернулась, а пальцы уцелевшей руки все еще сжимали рукоять добытого в схватке меча. В душе ничего не шевельнулось: ни облегчения, ни жалости. Эмоций не осталось. Только надежда, что боги их простят.

Главарь разбойников терпеливо ждал. Пытался скрыть нетерпение, отводил недовольный взгляд. Но дыхание выдавало. Сагус мысленно отмахнулся – знал, чародея торопить не станут. Тем более его. Снова уставился на нарисованного пегаса, осторожно тронул его носком туфли, будто проверяя, как далеко способен зайти.

Конь рядом всхрапнул, и Сагус вздрогнул, отдернул ногу. Недовольно глянул на главаря – неужто нашел способ намекнуть чародею о времени? Что ж…

– Что с младенцем?

– Мертв, – безразлично ответил главарь и указал взглядом на бездыханную женщину.

Сагус кивнул. Снял с пояса набитый золотыми монетами кошель и швырнул на землю. Разбойник недовольно выдохнул, но промолчал. И правильно. Спорить с чародеем – себе дороже. Подобрал награду и запрыгнул на коня. Стук копыт быстро стих, и стало тихо. Лишь перекликались птицы, да ветер шелестел в верхушках деревьев.

Сагус улыбнулся. Это последний младенец. Все кончено. План удался.

И все же нужно проверить. Он подошел к женщине, тронул ее носком башмака, раз, другой – да, мертва. Перевернул лицом вверх – ее безжизненные руки выронили младенца, которого она пыталась спасти. И Сагус охнул – ребенок посинел от нехватки воздуха, но был жив! Миг – и он зашелся требовательным криком.

Ротозеи, чтоб их!..

Сагус бросил злой взгляд в сторону леса, мысленно проклиная разбойников. Поднял над младенцем руку, чтобы произнести смертельное заклинание…

Не вышло!

Попробовал еще… Что-то мешало, останавливало в последний момент.

Он посмотрел на ребенка. Его плач стал менее отчаянным, мокрые от слез щеки порозовели. Сам не понимая почему, Сагус нагнулся и взял ребенка на руки. И тут же его накрыло волной жалости и симпатии. Малыш не успокоился, но чуть притих. Чародей провел рукой над его лицом, прошептал нужные слова, и тот стих и сладко засопел во сне. А Сагус в растерянности уставился на него.

Что теперь?

Возможно, это тот самый ребенок, что уничтожит Арасию. А Сагус не может убить его, как должен. После всего, что уже сделал!

Наконец, он придумал. Уставился перед собой, вытянул руку ладонью вперед и забормотал длинное, сложное заклинание. С каждым новым словом голос его крепчал и наполнялся силой. Наконец, впереди распахнулся портал, и лес наполнился незнакомыми, чужими для Арасии звуками другого мира. Не мешкая, Сагус ступил в него.

Здесь была ночь, но улицы не спали. Так много странного, неживого света лилось отовсюду. Где-то играла музыка, резкая, непривычная уху. Впереди с шумом проносились совершенно непонятные механизмы, отдаленно напоминавшие кареты. А справа переливалось цветными огнями огромное здание, богатое с виду: широкие мраморные ступени, роскошная дверь между гладкими колоннами, над ними переливались разноцветные огни. К этому дому и подошел Сагус. Огляделся и бережно опустил ребенка на ступени. Поправил красивое одеялко с вышитым королевским гербом, в которое тот был завернут. И поспешил назад.

Портал захлопнулся за спиной, и Сагус улыбнулся. Так или иначе, а дело сделано. Мальчишке не вернуться из мира, где нет магии.

Пророчество не сбудется.

Сашка

Когда за спиной скрипнула дверь, Сашка не обернулся. Знал, что нарушил правила, но было плевать – обида и злость переполняли его. Да и что могли ему сделать? Лишить сладкого? Наказать лишними дежурствами? Да на здоровье! Будто в первый раз. Поэтому Сашка не отвлекался, а напряженно глядел в монитор, собираясь пробить один из танков противника.