Антисваха против василиска

Сто лет назад, в далёком-далёком мире, в королевстве Дистиния…

Со смотровой площадки самой высокой башни дворца стареющий король окинул орлиным взором цветущие скверы, парки, розарии столицы. Много лет в стране царил мир: взаимовыгодная торговля сплотила дружбу с соседями, а внутри страны сильные маги-магистры держали под контролем вверенные им территории. Король со спокойной душой передал бы бразды правления своему единственному сыну, если бы не одна двухсотлетняя тайна, передававшаяся из уст в уста от правителя к преемнику…

— Ты звал меня, отец? — почтительно спросил принц, появляясь на последних ступенях крутой винтовой лестницы. — Тебе не следовало подниматься так высоко, да ещё в одиночку!

— Я дряхлею, но магия не оставила меня, так что взлететь на башню пока в моих силах, — рассеянно ответил король, думая о своём. — Поставь защитный полог, чтобы нас не услышали.

Подумав, что вряд ли кто-то кроме птиц сможет подслушать их на такой высоте, принц, тем не менее, не ослушался отца. Магическая пелена скрыла двух мужчин от всего света, и король заговорил нараспев:

Когда в мире родится светлая душа из рода василисков,

душа, прожившая целый век

и способная простить подлое предательство…

Душа, что молодости добровольно предпочтёт старческую дряхлость,

что между жизнью и смертью выберет смерть —

не во чьё-либо спасение и не по причине мучительных жизненных испытаний,

а лишь вечного покоя ради…

Тогда возродится царь змей Василиск…

Король замолчал, принц в недоумении нахмурил ровные брови:

— Ты цитируешь какой-то миф про Василиска? Не слышал такого сказания.

— Василиск — не миф, — тяжело вздохнул король. — Волшебные змеи существовали в реальности, пока наши великие и могучие предки не искоренили их поганый род.

— Ты шутишь? — недоверчиво переспросил принц. Ему не хотелось предполагать худшие варианты: отец на старости лет ослаб разумом и поверил в детские страшные сказки.

— К глубочайшему моему сожалению, не шучу. Ты никогда ранее не задумывался, почему за последние двести лет вымерли все-все наши родственники, как дальние, так и ближние? Почему в каждом поколении в нашей семье рождается один-единственный ребёнок и всегда мальчик — наследник престола?

— Случайность, — нахмурился принц.

— Ты — девятый в череде этих «случайностей», которые вернее назвать родовым проклятьем или проклятьем Василиска: вымрут все, кроме одного, который останется жить, пока я не вернусь, чтобы отомстить и окончательно вырубить под корень род Дистинаев, убийц василисков. Это проклятье, как и предсказание о возрождении царя змей, запечатлено в камне, и столь же достоверно, как сам факт существования Василиска. Полетели, сын мой, пора поведать тебе последнюю семейную тайну.

Маги летают быстро. Промелькнули поля, леса и сёла. В горах, у подножия которых раскинулся небольшой городок, король опустился на занесённый вечным снегом высокий пик. Издалека пик выглядел остроконечным, но в реальности его вершина была скошена и на ней имелась небольшая полукруглая площадка, выглядевшая, как крылечко перед расщелиной в заострённой скале. Проход в расщелину заслонял массивный валун и целый каскад магических заклинаний, энергия которых отчётливо ощущалась принцем.

— Каждый новый король, пройдя церемонию коронации, приходит сюда и добавляет ещё одно заклинание к тем, что установили его предки, — произнёс король. — Лишь тот, в ком течёт наша кровь, может безбоязненно пройти в пещеру, не вспыхнув факелом и не умерев на месте. Пойдём.

Огромный валун откатился прочь по мановению руки короля, и отец с сыном вошли в мрачную тёмную пещеру. Свет магических огней освещал их путь сквозь каменный лабиринт, ведя к сердцу пещеры: гладкой площадке, посередине которой возвышался каменный монумент василиску — статуя выше человеческого роста, изображающая стоящего на хвосте крылатого змея с гребнем на голове. Площадка была усыпана острыми осколками камней и… длинными скелетами десятка больших и маленьких змей, с таким же гребнем, начинающимся на голове и тянущимся, уменьшаясь, вдоль позвоночника.