Аномальный источник

Самым лучшим днём в жизни Павла был день, когда он умер.

Они договорились встретиться на утёсе, между лесом и кругом из камней. Было очень холодно, и под его ногами хрустел снег.

Полная луна отражалась в белой поверхности земли, отчего всё вокруг отбрасывало неестественные двойные тени. Позади него хрупкие голые деревья тянулись ветвями к безоблачному небу. Перед ним обледеневшие камни блестели и сверкали, как будто были усеяны звёздами.

А рядом, держа Павла за руку, стояла Валерия. Он даже не решался посмотреть на неё, боясь проснуться. Ведь это же не может быть наяву! Они вдвоём, наконец-то вместе, наедине.

Он всё-таки посмотрел на неё. И не мог отвести глаз. Утонул в её широкой, красивой улыбке. Смотрел, как ветер сдувает её белокурые волосы с её гладкого личика. Он словно падал в небесно-голубые глаза. Сон...

Кошмар.

Её глаза расширились, улыбку сменил вскрик, а затем вопль.

Тьма окутала их. В глазах мелькнули тёмные силуэты, бредущие к ним из леса. Чьи-то руки зажали им рты – костлявые, сухие руки, словно сами деревья схватили их.

Мир перевернулся: их обоих, пытающихся позвать на помощь, сбили с ног, скрутили, и понесли. Руку Валерии вырвали из руки Павла. Когда он в последний раз видел исполненное ужаса лицо девушки, она тянулась к нему, отчаянно пытаясь снова взять его за руку, рассчитывая на помощь.

Тёмная фигура в просторной одежде стала между ними, заслонив ему вид. Её голова была накрыта капюшоном, лицо было в тени, а луна позади головы светилась, словно холодный нимб. Фигура повернулась к Валерии.

Последним, что увидел Павел, была другая чёрная фигура, нависшая над ним.

Последним, что он услышал, был крик Валерии. В нём были страх, ужас и нежелание верить в то, что она увидела под капюшоном.

На какой-то момент ТАРДИС замерла среди бурлящих красок вихря. Затем она бросилась вперед, вбок и назад через бесконечность.

Несмотря на то, как кидало внешнюю оболочку ТАРДИС, внутри было тихо и спокойно. Центральная колонна главного пульта двигалась как обычно; огни, которые должны были мигать, мигали; капитан Джек Харкнесс насвистывал, и всё было хорошо. Джек прервал свой свист, чтобы нажать кнопку, которую не следовало нажимать, а затем продолжил свою цветастую вариацию на тему «Запакуй свои неприятности...»

Предупреждающий писк настолько чётко попадал в такт песни, что Джек его не замечал, пока не досвистел до середины припева.

– Улыбайся, улыбайся, улыбайся...

Би-ип, би-ип, би-ип.

Он тут же начал действовать. Бросился к пульту, проверил сканер, и просматривал кучу каких-то данных. Не многие из них были ему понятны, но он кивал с умным видом, на случай, если в этот момент зайдут Доктор и Роза.

– Предупреждение? – он проверил ещё одни данные. – Крик о помощи… – и усмехнулся. – Может быть, девица в беде?

Лучше, наверное, ничего не трогать. Вероятно, лучше подождать Доктора.

Затем снова.

– Что за чёрт?..

Прибежал Доктор, а вслед за ним Роза. У него лицо было суровое, а она улыбалась.

– Что за шум? – спросила Роза.

– Просто сигнал бедствия, – сказал ей Джек, отодвигаясь в сторону от ткнувшего его в живот локтя Доктора. – Ничего особенного. Такое всё время случается.

– Не тот случай, – сказал Доктор, не отрывая взгляда от сканера. – Это что-то серьёзное.

Словно в подтверждение, писк перестал быть периодичным и превратился в жуткую какофонию.

– Он не должен был измениться, – Доктор медленно повернулся к Джеку. – А ты, случайно, не сделал какую-нибудь глупость?

– Кто? Я? Я что, по-твоему, протокол не знаю?

– Нет никакого протокола, – напомнила ему Роза.

Она уже тоже была у пульта и напряжённо разглядывала сканер.

– Кто-то уже ответил на этот сигнал, так что всё в порядке, – сказал Доктор.

– Правда? – спросила Роза.

– Да. Кто бы это ни был, они помогут. Улажено.

– Помогут? – тихо спросил Джек.

– Должны. Морально обязаны. Они первые ответили. Теперь же, когда кто-то ответил, никто другой отвечать не станет. Автоматическая система передаёт сигнал о помощи, кто-то на него отвечает, и она начинает передавать свои координаты и известные данные. Мощность сигнала выросла на 500 процентов, наверное, расходуется последний аварийный запас энергии. Хотя, по прошествии такого срока, спасатели лишь время потратят, наверное.

– Интересно, а кто ответил? – спросила Роза.

Она тут же отвернулась, выбросив это из головы.

– Ну... – сказал Джек. – Вообще-то...

У Доктора отвисла челюсть:

– Не может...

Джек снова начал насвистывать, и Доктор отвернулся.

– Это ты ответил, – он снова вернулся к сканеру. – Они там уже на ушах стоят, думая, что их вот-вот заберут с той богом забытой кучи камней, на которой они застряли. Зря они думают, что я собираюсь... – он замолчал и нахмурился.

– Моральное обязательство, – тихо сказал Джек.

– Да, надо лететь помогать, Доктор, – сказала Роза. – Где они?

– Где-нибудь у чёрта на куличках, – сказал Джек.

Доктор поднял взгляд, он снова улыбался.

– На Земле. Начало двадцать первого века.

Джек мрачно кивнул:

– А я что сказал?