Аномалия левого глаза

Семен Давыдович свернул журнал в трубочку и посмотрел в дырочку, а оттуда на него глянуло тааакое!!!

Семен Давыдович отбросил журнал и вскочил, озираясь. В комнате никого постороннего не наблюдалось.

Между нами, Семен Давыдович и сам не знал, зачем свернул журнал трубочкой. Какие такие дали собрался разглядывать наш Паганель в спальном микрорайоне? Дома-дома-дома, окна-окна-окна. А если не выглядывать наружу — обои в желтый квадратик, грандиозная стенка «Хельга», кресло, диван и телевизор, типичный портрет холостяцкого интерьера. Однако пытливый ум рождает беса любознательности, который толкает почтенных людей на легкомысленные шалости.

Тот же бес заставил Семена Давыдовича поднять журнал, дрожащими от опасений и любопытства руками еще раз свернуть в трубочку и осторожненько заглянуть вовнутрь.

С той стороны на Семена Давыдовича смотрел глаз. Круглый, выпуклый, с вертикальным зрачком, мерцающий болотным цветом. Глаз сморгнул справа налево раз, другой, и вытаращился, замерев. Чувствовалось, что для него, того, из трубы, увидеть cемендавыдычевый глаз — тоже потрясение.

Так они и пялились друг на друга, а вокруг шумела большая жизнь. За стенкой стучал молоток, на улице мусоровозка лязгала и рычала моторами, соседи сверху затевали субботнюю ссору.

Семен Давыдович оторвался от журнала, плюнул в него и быстро отставил руку.

Это он правильно сделал — что руку отставил. Из отверстия вырвался язык дымного пламени. Пронзительно запахло гарью, в воздух взметнулись горелые ошметки. Семен Давыдович бросился на кухню, перепугав кота до икоты, швырнул журнал в раковину и залил водой.

Конечно, мало кому понравится, когда в глаза плюют, но напалмом! в лицо! — наглость какая!

Надо сказать, что из всех экстремальных мероприятий наш герой признавал только рыбалку. Поэтому он аккуратно сложил остатки журнала в пакет для мусора, убрал последствия нечаянного эксперимента и вернулся к повседневным заботам.

На этом наша история могла бы закончиться, однако бес любознательности, единожды вцепившись, крепко держался за локоть черными полированными когтями.

После обеда, выпив пива и приведя себя в благодушное настроение, Семен Давыдович решился продолжить рискованный эксперимент. Однако, какие бы журналы-газеты он ни брал, как бы тщательно ни сворачивал, в отверстии наблюдались лишь обои в желтый квадратик и иногда лакированные панели стенки «Хельга». Причем, удивительное было рядом, совсем близко, Семен Давыдович его чувствовал. Когда он заглядывал в журнал «Вечерний стриптиз», чудилось ему девчоночье хихиканье; в газете с неприличным названием «Хиромантия» слышалось важное бормотание, а через «Авантюриста» доносился плеск воды и резкие команды на постороннем языке.

Совершенно обессилев, Семен Давыдович выбросил печатную продукцию в мусоропровод и увлекся программой телевидения. Шел футбол. Подвижные виды спорта Семен Давыдович уважал и любил наблюдать, как мечутся на зеленом поле разноцветные фигурки, а один — смотрите — упал! Весело!

В конце второго тайма его осенило: сейчас он глядел в трубочку правым глазом, а утром-то, утром — левым! Это открытие так взволновало Семена Давыдовича, что он забегал по квартире в поисках журнала, и даже вывалил из сумки на стол помидоры и грецкие орехи — вдруг газетка найдется. Но кроме жировок за газ и электричество сворачивать оказалось нечего. Азарт, хорошо знакомый первооткрывателям и спортивным букмекерам, повлек Семена Давыдовича к Обоеву, соседу.

Сосед Обоев, будучи непьющим иноземцем, был человек со странностями. Когда-то, на заре благоустройства, он одалживал молоток и пару шурупов, и Семен Давыдович рассчитывал на ответную любезность.

— Здорово, Рулон, — сказал он, морщась от пахучих клубов дыма, вырвавшихся из соседской двери. — Одолжи журнальчик почитать.

— Бэры тры, — предложил сосед и пошел за журналами. Семен Давыдович ступил в прихожую, увешанную зеркалами и полочками. На полочках лежали безделушки, поделки и дельные вещи, например портсигары.

Обоев вернулся с журналами. Семен Давыдович взял.

— Слышь, Рулон, — сказал он, помявшись. — Бывает так, что ты видишь то, чего не должно быть?

— Вэздэ бэзобразия, — согласился Обоев. — На лестнице бомжа не должна быть, — а его вижу, лежит; под окном сугроб не должна быть, а я его вижу, стоит. В лифте лужа не должна быть, сигарета пятьдесят рублей цена не должна быть…

— Да я не об этом, — сказал Семен Давыдович, но объясняться не стал. — Кстати, одолжи сигаретку.

— Бэри тры, — расщедрился сосед Обоев, пошел за сигаретами и надолго застрял в недрах помещения. Семен Давыдович устал ждать, раскрыл ближайший портсигар, вынул три сигаретки, которые оказались папиросками, крикнул «Я взял!» и вернулся домой.

Перекурив, Семен Давыдович взялся за журналы. Их оказалась целая стопка.

Левый глаз оправдал ожидания. Правда, никто с той стороны больше не заглядывал, зато вовсю показывали картинки. Выходило забавно.