Английское договорное право. Просто о сложном

© Оробинский В. В., 2015

© Оформление: ООО «Феникс», 2018

Люди старшего поколения помнят времена, когда еще не было единого языка общемирового общения. Так, к примеру, на водительских удостоверениях старого образца словосочетание «водительское удостоверение» второй раз повторено… на французском.

Почему так? «Конвенция о дорожном движении», принятая в Вене 08.11.1968, прямо указывает: «Удостоверение печатается на языке или языках, определяемых компетентным органом, который выдает или которому поручено выдавать этот документ; однако на нем указывается на французском языке название permis de conduire, которое может сопровождаться или не сопровождаться названием «Водительское удостоверение» на других языках, а также название и/или отличительный знак страны, в которой это удостоверение выдано» (Приложение № 6, пункт 2).

Конвенция – отголосок тех самых времен, когда общепринятого мирового языка не существовало. Да, были попытки создать искусственный общемировой язык – эсперанто, но – «не взлетело». Не прижилось.

Зато английский язык как-то потихоньку и незаметно стал общемировым. Не буду переводить бумагу, доказывая очевидное. И вполне логично, что вслед за английским языком и английское право также станет универсальным всемирным стандартом. Правом нового мира. Правом завтрашнего дня.

Эта тенденция стремительно набирает обороты. Можно сказать, английское право уже стало международным. Потому что подход, выработанный одним судом англосаксонской системы права, может применить другой суд англосаксонской системы права. Даже если он находится в другой стране. Может и не применить, но во всяком случае отнесется со всей серьезностью. И развернуто обоснует, почему он не применил тот или иной подход, позицию или прецедент.

Пример. В начале тридцатых годов прошлого века в Англии сформулировали принцип: «подписал договор – связан договором; читал или нет – не важно». Дело L’Estrange г. Graucob (1934), Англия, судья Скраттон.

В семидесятых похожее дело рассматривал суд Канады: дело Tilden Rent-a-Car Co г. Clendenning (1978), Канада, Апелляционный суд Онтарио. Ответчик вполне серьезно ссылался на принцип, сформулированный в деле L’Estrange. Суд также вполне серьезно думал, применять или нет принцип «читал или нет – не важно». В итоге не применил.

В голове русского юриста, «юриста-континентальщика», такое укладывается с превеликим трудом. Можете себе представить, чтобы наш суд, вынося решение, сослался на решение или хотя бы на подход, сформированный… немецким судом?

Вот и я не могу. Хотя вроде и одна правовая семья, романогерманская… Но наш суд в принципе не может использовать наработки немецкого суда напрямую. И обречен героически изобретать велосипед, искать ответ на вопрос, который «соседи» – к примеру, те же немцы – давно нашли.

А вот американский, австралийский или любой другой суд из англосаксонской системы права вполне может взять готовое решение «соседей» и применить. Или не применить, но на основе решения «соседей» выработать свою позицию.

Если кратко и по существу, изучать английское право важно по следующим причинам.

1. Между русским и английским правом разницы все меньше и меньше.

В конце 2012 г. на II Международном юридическом конгрессе обсудили реформу Гражданского кодекса РФ (далее – ГК). Выступали Иванов, председатель Высшего арбитражного суда РФ (далее – ВАС РФ), и завкафедрой гражданского права юридического факультета МГУ Евгений Суханов. Прозвучало, в частности, следующее:

«Само английское право при этом ни при чем. Заимствования из него в российских условиях не принесут ожидаемого эффекта, считает Иванов. “При исполнении судебных решений на 20 %, какие бы вы конструкции [в Кодекс] ни записали, толку все равно не будет”, – объяснил глава ВАС».

«Ему вторил и один из разработчиков изначального проекта ГК, завкафедрой гражданского права юридического факультета МГУ Евгений Суханов, который сорвал аплодисменты словами, что “даже если мы запишем все, как в Англии, у нас все равно получится, как в России”. “Надо иметь в виду, что все институты в Англии – это система. Их нельзя вырывать из контекста и инкорпорировать в свое законодательство и ждать, когда будет эффект”, – повторял, наверное, в сотый раз за последние годы Суханов, напоминая, что “эти институты рождались в определенных условиях, десятилетиями формировались, оттачивались”»[1].

Со слов Суханова кажется, будто никто ничего заимствовать не собирается. Тем сильнее вы удивитесь, читатель, когда узнаете: в проекте ГК заложено ДЕСЯТЬ прямых заимствований из английского права, причем крупных. И многое из английского права уже пришло в наше законодательство.