Английский вояж

Курил я на балконе, метко поплевывая на редких прохожих и думал, что наверное, все–таки все к лучшему. Ну свалила моя… Вот даже не знаю, девушка, любовница или невеста — вдаль. Наверное и к лучшему. Три года она пыталась «научить меня жить», даже не пытаясь открыть определение слова «компромисс».

Ну и черт с ней, с педагогичной. Пожелал я бывшей счастья с помянутым чертом, зашел в комнату и оторопел.

На моем диване сидел какой–то странный тип. Высокий, плечистый блондин, не то чтобы смазливый, но красавчик, как любят таких называть. В белом костюме, ценой не дешевле хорошей машины, ухоженный и с мефистофельской бородкой. Сидел и курил сигариллу, чего я себе дома давно не позволял… Впрочем, уже можно.

Однако, этот тип мне был незнаком, не приглашен, да и смотрел на меня с выражением лица, от которого хотелось ему ухмылку кулаком заткнуть. Впрочем, я еще не настолько зол, кроме того, возможно, от бывшей с какими–то претензиями или требованиями, так что сначала выслушаю:

— Уважаемый, в моем доме не курят. Кроме того, говорите, какого черта вам надо?

— С тех пор, Ярослав, как твоя пассия покинула тебя, курят, — хамски затянулся гость, выпустив клубы дыма. — А нужно мне… скажем так, помочь тебе. Я вижу, твоя жизнь тебя совсем не устраивает, — со снобским выражением на лице закончил этот тип.

Я, собственно не был крутым спецназовцем, пальцем пробивающим кирпичи, однако мой старик, чтоб ему икалось, еще в детстве вбивал в меня приемы самообороны, которая опережает нападение. Так что, решил я лощеную рожу незваного помощника немного подправить. Не сильно и без особых следов, но уж больно рожа противная, тон снисходительный, да и поведение вызывающее.

Направился я к нему. Шел минуту, две. И тут, до меня дошло, что при полном ощущении ходьбы, смещающейся перспективе и прочем, дойти до наглой рожи я не могу. Непонятно как, но диван с визитером не приближался, а я оставался на месте.

Подошел к стене, что вполне удалось. Подошел к компьютерному столику, сел на кресло. Тип в это время с отвратным выражением лица и ухмылкой наблюдал за мной.

Так, с ума я, скорее всего, сошел. Истеричка чертов, из–за бабы этой дурной, похоже. Так, стоп. Старик мой говорил в свое время: «Ты центр твоего мира, пропускай его сквозь себя и останешься хозяином и себе и своей жизни». Много чего он такого пел, но тут точно прав.

Сошел я с ума или нет — неважно. Важно не впадать в панику и жить в свое удовольствие. Ну будут мне типы мерзкие мерещиться или что с пространством дичь творится, не самое страшное что могло бы быть.

Так что уставился я на визитера, да и попробовал мерзкую ухмылку его скопировать.

— Не очень, — покачал головой блондин, — но тенденция радует. Итак, Ярослав, я тут, скажем так, по просьбе твоего отца. Зовут меня… хм, зовут меня мастер Всунь Уд, так будет правильнее, — изобразил мой глюк уж совсем невообразимую и гадкую ухмылку на роже, — Просил меня мой старый друг тебя навестить, да и помочь при возможности. И поверь, возможности мои крайне широки. Кстати, — сделал глюк движение брови, отчего мне несколько подурнело.

Так, похоже не глюк, а запредельщина какая–то. Или я совсем свихнулся, потому что мысли о безумии, как я слышал, безумцам не свойственные, кажутся мне теперь неважными и глупыми. Ну и черт с ним, сходить с ума — так весело.

— Старик? Уважаемый Сунь Хуй, он пропал, года два как, скоро уже погибшим признают, — усмехнулся я, — или вы его, — провел я ребром ладони по шее.

— Не вполне я и не вполне так, — ответил блондинчик, на удивление не прореагировавший на «вольный перевод» своего имечка, — Впрочем неважно. Определенные его обязательства перешли ко мне, так что считай что я твой счастливый билет и джинн. У тебя было три желания, одно ты, считай истратил, столь вольно обойдясь с моим прекрасным именем, — скорчил омерзительную рожу визитер, — Так что осталось два. Учти, первое желание практически любое, совсем любое, — уточнил он на скептически поднятую мной бровь, — второе же, исключительно корректирующее либо дополняющее первое. И да, я добрый джинн, поэтому можешь задавать вопросы и прикидывать что тебе хочется, только, — демонстративно зевнул визитер, — будь почтителен с моим именем.

— Не будет ли любезен, глубокоуважаемый джинн, свалить нахер? — поинтересовался я.

— Какой–такой нахер–шумахер? Не видишь, я желания исполняю, — гадко ухмыльнулся визитер, — Ладно, шутки в сторону. Можешь считать это игрой. Скажи чего тебе реально хочется и я или исполню, что, согласись, будет неплохо, — подмигнул блондинчик, — либо исчезну из твоей жизни. Слово мастера Всунь Уда! — со снобской рожей заверил он.