Альтернативный обмен

Эту историю рассказал мне Шурик. Александр Григорьевич Синицын, доктор физико-математических наук, лауреат, профессор, автор десятков монографий и сотен научных статей.

В канун Нового года мы сидели в одной из лабораторий Курчатовского института и обсуждали перипетии прошедшей осени. Вообще говоря, события, произошедшие с нами, достойны отдельного романа. Возможно, я когда-нибудь его напишу. Название, по крайней мере, уже имеется. «Три кварка». Но сейчас речь не о нем…

— Слушай, Андрюха, — Шурик задумчиво смотрел на меня, помешивая ложечкой чай. — А ведь те эксперименты коснулись не только тебя.

— Вот как?! — заинтересовался я сказанным. — Неужели кто-то еще пострадал?

— Ну, не то чтобы пострадал, но всё-таки… Вася Бойко. Знаешь такого?

— Естественно, знаю. Бригадир, у нас работает. И мужик неплохой.

— Ну да, ну да. Чёрт, я и забыл, что ты главным инженером в «Макстрое». Так вот, слушай. Тут с ним одна история приключилась…

Василий Иванович Бойко проработал в компании «Макстрой» около десяти лет. Родился он под Ленинградом, но в середине семидесятых семья перебралась в Рязань и уже там, в областном центре, Вася закончил восьмилетку и ПТУ. Два года срочной в военно-строительном отряде на Дальнем Востоке пролетели для Василия почти незаметно. Домой ефрейтор Бойко вернулся осенью 91-го.

Страну лихорадило, но Василий полагал, что перемены ему только на руку, ведь сколотить небольшую строительную бригаду под маркой кооператива казалось ему тогда перспективной идеей. Радужные мечты разбились о суровые реалии девяностых. Проработав несколько лет в местной ПМК, несостоявшийся кооператор отправился искать счастья в столицу. Московская эпопея продлилась недолго. Череда взлетов и падений неудачливого предпринимателя закончилась так же печально, как и у большинства пытавшихся разбогатеть в «лихие девяностые»: начальный капитал растаял как прошлогодний снег.

Помыкавшись по Москве, Василий Иванович вернулся в Рязань и, как принято говорить, взялся за ум: остепенился, завел семью, снова устроился на работу в родимую мехколонну… Увы — денег на жизнь все равно не хватало, и, в конце концов, он все же поддался на уговоры знакомого вновь поработать в первопрестольной. В «Макстрое» рязанский на-все-руки-мастер пришелся ко двору, выбился в бригадиры и в настоящий момент зарабатывал за вахту тысяч по тридцать. Не бог весть какие деньги для столичного града, но подобная жизнь, размеренная и спокойная, Бойко вполне устраивала.

В середине сентября фирма, где трудился Василий, вошла в новый проект, а сам бригадир впервые попал на территорию Курчатовского института. Здание, в котором пришлось работать, мало чем отличалось от таких же, разбросанных по стране лабораторий «чего-то заумно мудреного». Работа была знакомой, обычная реконструкция — сначала ломаем, потом строим точно такое же, но дороже. Срок стандартный — успеть до конца текущего года.

Сегодня Руслан Амирханов, прораб и непосредственный начальник Василия, разметил на стенах шурфы и гнезда для балок и, снабдив бригадира ценными указаниями, уединился в бытовке с прибывшим на объект инженером-конструктором.

Василий привычно расставил по этажам бойцов, после чего, прихватив «болгарку», спустился в подвал. Подойдя к ближайшему из отмеченных Амирхановым мест, включил инструмент и с легким нажимом повел крутящийся диск вдоль меловой черты. Через десяток секунд «болгарка» неожиданно дрогнула, по ушам ударил противный визг, а из-под отрезного круга полетели яркие искры.