Алло, это дурдом?

Современный любовный роман

Женский роман

В тексте есть: властный мужчина, настоящий мужчина, любовь на века

Ограничение: 18+

Клавдии за тридцать, она красива, не лишена чувства юмора, живет в Сочи и два раза была замужем за Романами. Но счастья так и не нашла. Она понимает, что дальше так жить нельзя, и решает распрощаться с мечтой о неземной любви и, став стервой, покорять мужчин. Ее третий избранник тоже Роман. Станет ли он тем единственным, кто ей нужен?

Все началось с торта. С обычного бисквитного торта со сметанным кремом и кусочками ананасов, носившего гордое «птичье» название «Сокол». Я задержалась на работе допоздна. Спешить было некуда, да и незачем — дома меня никто не ждал. Я не спеша брела по улице, рассматривала прохожих и так было грустно на душе, что я решила поправить ситуацию сладеньким. Я всегда так делаю — пытаюсь поднять настроение тортом или коробкой шоколадных конфет, съедаю сладости, после которых настроение никогда не поднимается, а наоборот еще больше катится вниз, но когда опять наступает момент «поднятия» настроения я повторяюсь еще и еще раз.

Родители назвали меня Клавдией. Очень романтично, не правда ли? Какое-то коровье имя или кошачье, на худой конец. Мне казалось, что так могут звать большую, неповоротливую тётю, как в магазине, а никак не девочку моего возраста. Но к годам пятнадцати я с именем смирилась. Наверное, потому, что очень стала похоже на неповоротливую тетю в соседнем магазине. Надо сказать, что имя не помешало мне закончить с отличием школу. Я получила высшее образование по специальности «Программист» и даже устроилась на престижную работу в процветающую компанию. Не шокировало моё имя и холостого на тот момент директора компании Романа Горюка, за которого вскоре я благополучно вышла замуж, а через три года также благополучно с ним развелась. Потом поменяла работу раз, потом еще два раза. Вскоре закрутила роман уже с другим директором другой компании, надо сказать, не менее процветающей, которого по иронии судьбы тоже звали Роман, но теперь уже Войцеховский. Фамилия мне его понравилась, как, впрочем, и его кошелёк, и я поспешила выйти за него замуж. Проведя три «блаженных» года супружеской жизни в полной «идиллии» и «взаимопонимании», решила, что с меня хватит. И даже его красивая фамилия наряду с красивой физиономией и фигурой Аполлона меня не остановили, как и неминуемая вслед за разводом смена места работы.

В качестве компенсации за порушенную семейную жизнь от первого Ромы мне достался старенький «Форд», и двухкомнатная квартира, похожей как две капли воды на тысячи подобных квартир, от красивого, но бесчестного второго Ромы, не сумевшего обеспечить такую же красивую семейную жизнь.

На душе было гадко. И не только от двух «благополучно» почивших браков, моей непутевости и сознания того, что я слабовольная, старая неудачница. Мне было плохо от того, что я знала, что мужчина, в которого я без памяти была влюблена меня не любит и никогда не полюбит. Такие мысли надо было срочно разбавить тортиком. Что я и сделала. Я зашла в магазин и встала в очередь за двумя мужчинами, которые покупали «Джентльменские наборы»: шоколад, кофе, сухое вино и сыр. Мой «Сокол» красовался в центре витрины — свежий, аппетитный, соблазнительный…

Я уже подмигивала ему и готовилась к предстоящей встрече, как в магазин вошла, нет, ворвалась длинноногая красавица, в тот самый момент, когда подошла моя очередь. Она явно спешила, потому что припарковала свою красную спортивную машину прямо у входа, и, подняв руку вверх, словно пыталась поймать такси, улыбнулась продавщице и пропела:

— Простите, ради Бога, ужасно спешу. Мне один «Сокол» без сдачи. И протянула пятисотку, хотя сам торт не стоит и четырехсот рублей. Полная продавщица, явно восхищаясь длинноногой красавицей, забыв о весе, с лёгкостью кинулась к ее рублям, потом к «моему» «Соколу» и проворковала:

— Девушка, Вы везучая. Это последний.

Я так была ошарашена откровенной наглостью конкурентки, что смогла пролепетать только: «Простите, но…»

Красотуля, тряхнув шикарной копной волос, которыми наградила её природа, широко раскрыла голубые глазки с кукольными ресницами, сложила губки бантиком и, концертно разведя миниатюрными ручками с длиннющими ногтями (как только она колготки натягивает?), пропела: «Се ля ви!» и направилась к выходу.

Французский не мой конек. Впрочем, как и любой другой язык. Впрочем, как и конька у меня вообще нет, никогда не было и, наверное, уже не будет. Сносно, как говорится, без словаря, я владею разве что только русским, да и то не всегда литературным.