Аллигат

Кучеру не пришлось повторять, как торопится Ольга. Закрытый двухместный кэб двигался гораздо быстрее четырёхколёсного экипажа маркизы Стакей, унося «виконтессу» от родового поместья Шэйлы. Мысли, что её догонят, вернут и заставят ответить за нанесённые баронету тяжкие телесные повреждения, вызвали вспышку негодования. Станут ли разбираться в суде, за что именно она ударила мужчину или без лишних расспросов её заключат под стражу и бросят в тюрьму? Что её ждёт в таком случае?

Ольга достала маленький чёрный кружевной веер. Поток прохладного воздуха охладил жаркий румянец. Как же она плохо разбирается в людях! Она была уверена, что мать никогда и ни при каких обстоятельствах не пожелает плохого своему ребёнку. Не навредит, не предаст. Защитит, подскажет, оградит. А с чем ей пришлось столкнуться?

Вспомнилось первое впечатление о Веноне после прочтения её писем, адресованных Шэйле. Уже тогда было понятно, что женщина — искусный манипулятор.

Как удалось маркизе изменить мнение о себе? — терялась в догадках Ольга. Подкупили её энергичность, душевность, обходительность. Безграничная вера в то, что мама знает, как будет лучше, заставила довериться интриганке. Непростительная глупость! Можно было избежать всего случившегося, если бы Ольга нашла в себе силы уйти раньше. Когда? Сразу после того, как Мартин сказал ей, что они никогда не будут вместе. Всё, что произошло после, лишь усугубило и без того сложное положение.

Снявши голову, по волосам не плачут, — вздохнула Ольга. Пора подумать о следующем шаге в её новой жизни. Её хватятся не раньше чем через полчаса. За это время она будет далеко от поместья. Заглянув в окошко, обратила внимание, что едет по незнакомой, но оживлённой дороге. Значит, кучер выбрал маршрут движения по своему усмотрению.

Навстречу неслись кэбы, кареты, подводы. Спешили люди.

Погода радовала. На голубом небе ни облачка. Солнце щедро дарило долгожданное тепло. День обещал быть погожим.

Не обращая внимания на тряску, «виконтесса» мысленно подгоняла лошадь, нетерпеливо всматриваясь вдаль. Вздохнула с облегчением, когда за очередным холмом показались высокие трубы, из которых валил густой серый дым. Завод или фабрика.

Когда мимо них на большой скорости проскочил экипаж, Ольга отпрянула от окна. Ей показалось или она в самом деле успела заметить безукоризненный профиль лорда Малгри? Почему нет? Он узнал о предстоящем разводе сына и решил навестить невестку в поместье её матери, выслушать, поддержать, помочь принять правильное решение, чтобы избежать скандала. Что разразится скандал, Ольга не сомневалась. Барт Спарроу сделал всё возможное для этого. Получится ли при вмешательстве Мартина скрыть её якобы любовную связь с баронетом? Нанесённое ему увечье и бегство «виконтессы» подтверждают её вину.

Вернуться и доказать обратное?

Ольга вдруг увидела себя со стороны: вешающуюся на шею графу, затем его сыну и… Барту. Именно так и растолкует её поведение Мартин. Не исключено, что он едет для того, чтобы выразить ей своё презрение.

«Виконтесса» поморщилась будто от зубной боли — всё и все против неё. Поддержки ждать не от кого. Венона, бесспорно, примет сторону пострадавшего.

Нет, возвращаться в Фалметт Ольга не станет. Бессмысленно и безрассудно. А вот как быть дальше — следует подумать уже сейчас.

Она была уверена, что её станут искать. Не для того, чтобы привлечь к ответственности — хотя и это исключать нельзя, — а потому, что она оставила двух людей у разбитого корыта. Маркиза Стакей постарается вернуть дочь и замять инцидент, потому что видит в Шэйле неиссякаемый источник дохода. Чёрный гриф — чтобы, наконец, осуществить сокровенную мечту и привести в исполнение свою угрозу — поставить на колени обидчиков.

Будет ли искать её Стэнли? Будет. Чтобы через два года обрести свободу. Мартин? Хватит думать о нём! Ольга уже сомневалась, что видела именно его в проскочившем мимо кэбе.

Нашли козла отпущения! — покраснела Ольга от негодования. Не дождутся! Она разрушит планы преследователей и запутает свои следы. И лучше всего сбить их со следа именно на вокзале. Она купит билет на ближайший поезд и спросит у дежурного по залу вокзала, как пройти на посадку. Она приложит все усилия, чтобы запомниться ему. Как? Будет зависеть от обстоятельств.

Кэб промчался по унылому пустырю, заросшему полёгшим сухим бурьяном, через который пробивалась молодая сочная поросль, и свернул в пыльный грязный переулок. С одной стороны высился кирпичный забор промышленной зоны, с другой — длинные ветхие двухэтажные бараки с пятачками зелёной травы и чахлым кустарником под окнами.

Рабочая окраина. В этот час безлюдная и серая. Здесь пахло гнилыми досками, битым кирпичом и едким горьким дымом. Вспомнилась поездка с Веноной и въезд в Лондон по другой дороге, ведущей через фешенебельный пригород, чистенький и уютный.