Аландские каникулы

Эта повесть — журнал публикует ее с сокращениями — входит в цикл повестей и рассказов о жизни и приключениях Алексея Новикова, разведчика Космоса. Герои «Аландских каникул» могут быть знакомы читателям по ранее опубликованным повестям: «И увидел остальное», «Формула невозможного», «Сумерки на планете Бюр».

О чем рассказывалось в этих повестях?

Новиков и Заостровцев, будучи еще студентами-практикантами, летят на космическом танкере «Апшерон» к Юпитеру. В пути у них неожиданно отказывают приборы. Гибель корабля неминуема… И вот тут Заостровцеву — каким-то непонятным ему самому шестым чувством — удается «на ощупь» вывести корабль из страшного «Ю-поля». Что это было? Пробуждение древнего инстинкта ориентации в пространстве под воздействием облучения? Или нечто качественно новое? В дальнейшем Заостровцев вместе с биофизиком Резницким работает над этой проблемой. Ведь возможности человеческого мозга далеко еще не исчерпаны…

Вслед за Первой звездной экспедицией, так и не вернувшейся на Землю, в глубины Галактики уходит Вторая звездная — с целью установить источник мощного энергетического излучения. Среди участников этой экспедиции — Новиков и Резницкий.

Обследуя систему звезды Альфа Верблюда, они сталкиваются на сумеречной, покрытой льдом планете Бюр со своеобразной формой жизни — непосредственной трансформацией космического излучения в биоэнергию. Жизнь аборигенов этой планеты поддерживается энергозарядом, они не нуждаются в пище и тепле. Но здешняя цивилизация, по-видимому, приняла уродливый характер…

В «Аландских каникулах» все наши герои — на Земле.

Море было усеяно бесчисленными островками, — будто сказочный исполин расшвырял по Ботническому заливу бурые глыбы гранита. Были здесь и острова побольше, изрезанные фиордами, поросшие бронзовоствольной северной сосной.

Пассажирский реаплан шел низко, и Витька прилип к стеклу иллюминатора, зачарованно глядя на архипелаг. Новиков тоже смотрел вниз, но то и дело отвлекался, поглядывал на Витькин точеный профиль, на русые колечки его волос. Все больше делается похожим на Марту, подумал он. И еще подумал, что хорошо сделал, уговорив Марту поехать не на Кавказ, а на Аланды. Слишком уж обласкан Кавказ туристами…

Сразу, будто откинули темно-зеленый занавес леса, открылся Мариехамн. Белокрасная россыпь домов, острая готика древней ратуши, маяк на оконечности длинной дамбы. Реаплан пошел на посадку.

Спустя полчаса Новиков с Мартой и Витькой уже стояли у справочных щитов в туристской гавани. Почитав надписи, Новиков включил схему архипелага. Тотчас осветились контуры заселенных островов, вспыхнули цифры, показывающие количество туристов в данный момент на каждом острове.

— Так, — деловито сказал Новиков. — Приступим к выбору. Витя, будь любезен, ткни пальцем в любой из незаселенных островков.

— Нет, нет, — запротестовала Марта. — Так можно угодить на голую скалу, а я хочу, чтоб были деревья.

Несколько парней проходили мимо и слышали этот разговор.

— Извините за вмешательство, — сказал один из них, остановившись. — Выберите зону 80, здесь, на Черингхольме, наша планктонная станция, — он показал на схеме, — а рядом отличный нежилой островок, вот здесь. Сосны, скалы и песок.

— Спасибо, — сказал Новиков, разглядывая на схеме островок, один из самых дальних на юго-востоке архипелага.

— Можем вас туда подбросить, товарищ Новиков…