Академия

Я стоял перед большими позолоченными воротами, за которыми виднелась просторная площадь. Рассветное солнце робко проглядывало сквозь облака и несмело освещало многочисленных посетителей элитного заведения. Десятки машин представительного класса, мужчины в строгих пиджаках, открывающие задние двери люксовых автомобилей для молодых наследников родов, напыщенные и дерзкие юные аристократы. Академия задавала планку уже с первых метров.

Таких как я, пришедших к дверям элитного учреждения пешком, тоже было немало. Однако все они старались держаться в тени и как можно незаметнее спешили проскочить открытое пространство. Сбоку была протоптана скромная тропинка, скрытая от глаз посетителей площади декоративными кустами. По ней и пробегали пешие ученики академии, не подставляясь под взгляды спесивой элиты.

Несмотря на то, что я уже не тот зашуганный Медорфенов, так сильно с первых секунд выделяться не стоило. Пройдя через арку ворот и показав свой пропуск одному из охранников, я просто свернул на неприметную тропинку, как обычно и делал это Арсений. Более чем уверен, что случаев показать зубы предоставится более чем достаточно, так что спешить некуда.

Вообще, судя по воспоминаниям Арсения, в академии царила очень жесткая иерархическая структура. Наследники влиятельных родов стояли на вершине, буквально вытирая ноги обо всех, кто не имел никакой поддержки за спиной. А для членов слабых младших родов существовал один единственный вариант хоть как-то проучиться без серьезных проблем — пойти на поклон к своему однокласснику с более высоким статусом.

Таким образом, уже в подростковом возрасте начинали образовываться первые связи и союзы, а у великих и крупных старших родов всегда была своя свита, которая, зачастую, почти не претерпевала изменений после выпуска. Если судить здраво, то в чем-то действительно неплохая система, подготавливающая к взрослой жизни уже с самого начала. Но в то же время безжалостная к тем, кто не смог влиться и стать ее частью.

Изгоев встречалось совсем немного, меньше одного процента, но в любом случае, их будущему можно было только посочувствовать. Наследник слабого рода, выпустившись из академии и оказавшись в жесткой среде без ресурсов и связей мгновенно терял остатки своих сбережений, если, конечно, ещё было что терять.

В целом, это можно даже рассматривать как жесткую систему естественно отбора. Смог в одиночку выкарабкаться и встать на ноги — сможешь возродить свой род и, скорее всего, даже сделать его сильнее, чем раньше. Однако, как показывала практика, такого не случалось уже очень давно, а изгои почти никогда не доходили до выпуска из академии. Значит, придется быть первым.

Тем временем я по памяти Арсения уже дошел до своего корпуса и подходил к нужному кабинету. Первой парой сегодня стояла теория магической энергии. Даже интересно, чему меня там смогут научить?

Вообще, в академии был довольно здравый подход к образованию. Точных наук было немного, а почти все предметы, которые изучали, будут полезны в жизни аристократа. Внутренняя и внешняя политика, взаимоотношения родов, бизнес, управление персоналом, а главное — развитие боевых навыков. Как обычной физики, так и магии.

Да, всё, кроме голой практики, для меня было абсолютно бесполезно, но пропускать пары больше было нельзя. И так почти три недели не появлялся в академии, хоть и по вполне законной причине. Но за месяц пропуска уже могут и отчислить, невзирая ни на какие обстоятельства.

Так что быстрым взглядом проверил, как на мне сидит форма, и открыл дверь в кабинет. Пришел я заранее, минут за десять до начала пары, однако почти все ученики уже сидели на своих местах. И Романов со своими прихлебателями тоже был тут как тут. При виде меня в группе сразу поднялись шепотки, краем уха даже услышал чьи-то маты. Кто-то явно был очень недоволен моим появлением.

Не обращая никакого внимания на загустевшую атмосферу в кабинете, молча прошел на свое место. Как ни странно, меня даже никто не пытался как-то оскорбить или поставить подножку. Видимо, мое возвращение оказалось слишком неожиданным. Так что успел спокойно достать учебники и усесться за парту, прежде чем до меня, наконец, докопались.

— Ну ничего себе, кто соизволил порадовать нас своим присутствием! — крикнул с задней парты мне Евгений Сизов, один из подлиз Романова. — Сам глава великого рода Медорфеновых учится со мной в одной группе! Буду рассказывать это своим детям вместо сказки на ночь.

Я оставил провокационную речь без внимания и просто откинулся на спинку стула, закинув руки за голову. На улице стояла прекрасная погода, пели утренние птички, ярко светило солнышко. Эх, сейчас бы туда, а не просиживать штаны в четырех стенах…

— Эй, Медорфенов! — поняв, что я не собираюсь отвечать, снова окрикнул меня Сизов. — Ты что, язык проглотил?

— Ты вроде не задавал мне вопросов, — обернувшись, пожал плечами. — Можешь рассказывать своим детям, с кем учился. Я не против.