Академия магоубийц

Воспоминания… Они словно омут. Стоит лишь раз в них занырнуть и выбраться уже слишком сложно. Некоторые события в жизни, настолько яркие, что даже если хочется о них забыть, этому не суждено сбыться… Тот день, когда всё началось… Я никогда его не забуду…

— Таня! Бери Ваню, прячьтесь в подвале! — папа вбежал в дом и заорал не своим голосом.

И уже тихо добавил, но я сумел расслышать его слова: «Что за херня творится? Какого чёрта?»

Папа обычно никогда не ругался…А тут такое. Мамины руки вытащили меня из-под стола, быстро унося в соседнюю комнату. Я мельком смог разглядеть папу, у которого по щеке текла кровь. Он включил телевизор и слушал местные новости. В кадре были видны летящие, как стая птиц, вертолёты, и, словно молнии, рассекающие небо самолёты. Картинка сменилась на танк, и больше я ничего не успел увидеть, так как дверь закрылась.

— Ты не ушибся? Посмотри на меня! — встревоженный мамин голос заставил меня отвлечься от закрытой двери и посмотреть в её яркие голубые глаза.

До начала праздника оставалось всего ничего, и я даже не успел стянуть пальцем сгущёнку с маминого торта, когда земля задрожала и посуда на кухне начала звенеть.

— Нет, мама. Я в порядке. Это землетрясение? — спросил я у неё.

— Не знаю, сынок, наверно. Сейчас дождёмся папу, и он нам расскажет, хорошо? Ты, главное, не бойся и не плачь. Всё будет хорошо. — она внимательно осматривала меня с головы до ног, пытаясь найти синяки или царапины, но ничего не нашла.

Мы просидели так в подвале с банками красок и всякой непонятной ерундой какое-то время, когда дверь открылась и отец сказал, чтобы мы выходили.

— Милый, всё закончилось? — с надеждой спросила мама, держа меня за руку.

— Нет. Мы срочно эвакуируемся. Пришёл приказ из Москвы. Ждём Альберта и Джона, я уже с ними созвонился. Они приедут минут через пять. Собери самое необходимое. — отец, с пистолетом на поясе и винтовкой в руках, указал маме на спальню.

Она не стала ничего спрашивать, лишь краем глаза косясь на телевизор, где шёл какой-то ужастик со страшными монстрами. Я таких страшных никогда не видел. Маленькая голова с длинными ушами, клыки из пасти, короткая шея, серая шерсть и сразу четыре глаза. Вместо носа — три дырки, а рот, из которого торчали несколько длинных клыков, был практически на всю морду по ширине. Он замер, лежал на земле, весь в сиреневой краске, а из его рта торчал длинный синий язык. Люди обступили это существо и пинали по ноге.

Мама дала мне рюкзак, в который я принялся складывать одежду.

— Мы ещё вернёмся? — спросил я у неё.

— Не знаю. Скорее всего, нет.

— Тогда я заберу свой жетон.

— Хорошо. — не стала спорить мама, а я пошёл к её столику, куда с утра успел его положить, перед тем как пойти в школу. Меня из-за него часто дразнили, особенно Билли и Джошуа. Вот какое им дело, что он похож на военный? На моём жетоне было написано кто я, а внутри находилась маленькая фотография с моего прошлого дня рождения с родителями.

Папины помощники приехали и принялись помогать нам выносить вещи. Меня тоже посадили в ярко-красный пикап дяди Альберта.

— Мама, тут мало места! — пожаловался я на сумку, что мешала мне выпрямить ноги.

— Ничего. Потерпи. — поцеловала она меня и помогла папе закинуть какую-то канистру в багажник.

«Альберт, садись за руль. Джон, мы едем по кольцевой к аэропорту. Твой крузер ведущий, мы замыкаем. Останавливаемся только при угрозе армии или полиции. Прицепите мои дипломатические номера. Это должно помочь избежать полицейских блокпостов. Сверять никто не будет. И да поможет нам Бог!» — папа командовал совсем невесёлым, как это бывает обычно, дядей Альбертом. А темнокожий и вечно грустный дядя Джон, казалось, прямо сейчас побежит, крича, по улице. Такой серьёзный и напряжённый он был.

— Мама, а гости? — вспомнил я о гостях и торте.

— Прости, родной, гостей не будет.

Мало того, что свой восьмой день рождения я встречал без друзей, без бабушки с дедушкой и даже без моей собаки, Шики. Так ещё и с Алисой и Бобби не смогу его встретить. А всё потому, что мы переехали в другую страну. Только вот здесь все неправильные! И дружить у меня не получается! Ни с кем кроме нашей соседской девочки Алисы и её брата Бобби.

Дядя Джон вытащил из багажника несколько каких-то странных курток и дал остальным. Даже мне досталась, правда, очень большая и тяжёлая. Мама надела её на меня, а я даже руки поднять не мог.

— Не зря два года бронежилеты возил. Как чувствовал. — улыбнулся большой темнокожий папин друг и пожал всем, даже мне, руку.

— ПОЕХАЛИ! — закричал папа, и машины, издавая дикий визг колёсами и рыча моторами, как звери, сорвались с места.